Yaпишу эти строки не для того, чтобы еще один человек впал в уныние от прочитанного и опустил руки. Нет, я пишу историю, которая еще не закончилась. И это история победы, которая обязательно будет. В этом нет никакого сомнения. И она будет наглядной, а значит она запомнится людям, а вместе с ней методы и инструменты борьбы. Нужно отметьить, что я долго размышлял над предисловием и эпиграфом к этой статье. Перебрал множество вариантов. Не специально думал, само на ум приходило время от времени (например, занимаешься совсем не относящимися к этому делами, а мозг перебирает варианты). Сознание на протяжении многих месяцев (уже лет) возвращается к тому, что произошло. Для меня такая навязчивость будущего текста один из признаков того, что его обязательно нужно изложить и опубликовать. И вчера решил, что, во-первых, начну понемногу писать, а во-вторых, в качестве эпиграфа использую отрывок из первого тома «Пира бессмертных» Быстролетова. Эта книга была написана выдающимся советским разведчиком, который без всякой вины был брошен в лагеря в 1937 году (и не он один, можно назвать множество фамилий, чего только стоит история Ко́нона Моло́дова).

Он описывает лагерный быт тысяч замученных ни в чем не повинных узников этих страшных мест, описывает в мелочах. Представляю отрывок из второго тома, где под страхом смерти автор читает лекцию медицинской тематики для доверенного круга заключенных. Текст объемный, но если Вы дочитаете до конца, то во многом поймете то, что я еще даже не написал касательно того, как уничтожили Т"Г"У, образование в России и само государство (шансов понять у Вас будет несравненно больше, если Вы успели получить полноценное советское образование и Ваши мозги не были обработаны ЕГЭ, 5-100 и другими подобными проектами).  Эпиграф здесь (кликните мышкой).

 

ОГЛАВЛЕНИЕ (Все кликабельно)

Зачем написал

Пару слов о выборах в Тюменской области, проходивших 9.09.2018

Осознание основной цели изложения

Кратко про ядерное оружие, китайцев и "пророческий дар"

Основная тема повествования - это история моей докторской

А что же таки произошло?

Как меня выживали с кафедры (кратко)

Как меня выживали с кафедры конституционного и муниципального права (несколько подробнее) и еще как выглядел процесс прохождения диссертационного исследования

Все это мелочи: ссылка на действительно серьезную работу

Ректор-депутат

Почему меня никогда не опубликуют в "высокорейтинговых" журналах

Реакция на 5-100 нравственно-здоровых профессоров

Что я делал в Центре

Исковое заявление о восстановлении на работе

Странное совпадение

Как создавался Центр по противодействию не понятно чему

Как я ездил на Президиум ВАК

Замечания на протокол

Меня уволили из Тюм”Г”У за то, что я русский ученый и национал патриот

Первое соприкосновение с судебной системой России

Заявление о подложности доказательства

Заграница нам поможет или Запад с ними

Славянский вопрос или о том, где еще воюют с сербами

Кассационная жалоба на решения судов по поводу незаконного увольнения

 

Зачем написал

Писать я буду о моей работе в Тюменском "государственном" университете. Это была моя борьба за Родину, какую я мог проводить на своем маленьком месте. До сих пор я окончательно не утратил внутренние силы бороться и каждый день хоть что-нибудь делать для Церкви и России, которые находятся на сегодняшний день на краю смрадной бездны. Священники удивлялись тому, как я не утратил желание делать хоть что-то после первого же курса Тобольской духовной семинарии. Они искренне дивились моей деятельности, которую иногда можно было даже назвать кипучей, осуществляемой даже после пятого курса семинарии. А ведь многие из них к этому времени уже давным-давно выгорели и даже успели подвергнуться профессиональной деформации. Есть во мне такой источник энергии. Иногда он превращается в едва уловимую струйку, но она всегда есть. Я ее постоянно редактирую:

1. Вскрыть на примере Т"Г"У некоторые опасности установившейся в России системы образования (высшего) и науки. Здесь нужно пояснить, что многие (даже среди моих достаточно близких знакомых и друзей) до сих пор не понимают того, в каком тяжелейшем состоянии находится Россия и ее важнейшие институты - она на гране гибели. Часть людей, протестующих против такого вывода, находится под воздействием пропаганды, льющейся со всех сторон через СМИ (конечно, это определенным образом характеризует их интеллектуальный уровень), другие просто не хотят принять действительность и прячутся в своем персональном розовом мирке по принципу "я буду думать об этом завтра" или "меня же это не коснется!" (хотя и понимают, что происходит), а третьим просто пока не хватает информации. Да, и так бывает, когда достаточно развитый человек не имеет времени для того, чтобы оторваться от каждодневной борьбы за выживание (это часть стратегии угнетателей - у человека не должно быть ни минуты свободного времени, а то он еще в политику ударится... кстати, именно отсюда миллионы бессмысленных форм и бумажек, которые вы заполняете ежечасно) и оглянуться по сторонам. Часто несколько из указанных факторов присутствуют в разных комбинациях.

Так было и со мною. Когда я начинал писать докторскую, мне казалось, что Россия вот уже почти встала с колен и моя работа будет воспринята на ура! Но по мере того, как продвигалось диссертационное исследование я сталкивался с объективными факторами, которые, нарастая как снежный ком, ломали мое сознание и демонстрировали весь трагизм сложившейся в стране ситуации. Данная ломка стереотипов даже для человека, обладающего чрезвычайно критичным ко всему происходящему сознанием, каким являюсь я, оказалась достаточно болезненной. Но зато, теперь у меня имеется достаточно четкая картина того, как погибла Российская Империя, Советский Союз и что ожидает нас завтра. Собственно, ради этого "завтра" я и пишу.

2. Поделиться опытом своей борьбы, который может быть полезен людям, еще сохранившим волю к противостоянию угрозам самому существованию российского государства, а значит и всего Мира. Здесь я должен объяснить основную причину, по которой пишу все это. По чьей-то воле, мои глаза приоткрылись на все происходящее, в том числе в глобальном масштабе (конечно, не только мои и далеко не в первую очередь, но мои в том числе!). Дело в том, что процессы разрушения того, что осталось от России, неотделимы от центральной парадигмы развития современного Мира, которую можно выразить двумя словами: "сатанизация" и "фашизация". И все происходящее, в частности в России, нужно рассматривать именно через эту призму. Думаю, что Бог строго спросит с меня, если я не поделюсь этим пониманием с другими. Это будет моим серьезным личным грехом, так как сказано: «Не может укрыться город, стоящий на верху горы»; и, «зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике» (Мф. 5:15). Кроме того, я являюсь клириком Русской православной церкви и с меня спрос будет двойной и даже более. Именно по этой причине я приходил на все суды по поводу моей диссертации в подряснике. Ведь правосудие стало недостижимым отнюдь не для меня, эти судебные процессы проиграл (пока проиграл) не отдельный исследователь, а сама Россия, что равноценно проигрышу всего человечества, так как идеи, заложенные в диссертациив случае их реализации, были бы способны произвести в обществе коренные изменения. Объективно, не существует других обществ на Земле, которые имеют потенциал установления справедливого, а значит, жизнеспособного общества. Все другие общественные системы ведут в никуда - это касается и Запада, и Востока. Поэтому у меня есть все основания считать, что действия отдельных лиц, по противодействию прохождению диссертационного исследования представляют собою чрезвычайно высокую общественную опасность.

Неужели моя диссертация такая исключительная? Исключительна в ней Конституционно-правовая доктрина религиозной безопасности России. Именно о ней я говорю, используя обороты в превосходной степени. Собственно, данная доктрина не моя, она, как и всякая доктрина, существует объективно, я лишь увидел и выразил ее в соответствии со своими скромными способностями. Поэтому я, во многом, только инструмент. Кроме того, над моей темой должен был бы работать, как минимум, целый институт, так как религиозная безопасность является основным фактором выживания России, и я готов подчеркивать это еще и еще. И, конечно же, я не мог в одиночку осуществить всю полноту работы, которой должны заниматься десятки и сотни ученых-правоведов.

3. Обеспечить максимальную огласку происходящего, что необходимо для решения стратегических и тактических задач в процессе продолжения борьбы за восстановление справедливости в отношение диссертации, а значит, продолжения борьбы за Отечество. Считаю необходимым здесь повториться, что писал диссертацию я не для себя (сейчас за докторскую степень даже доплат никаких нет со стороны государства), я тем самым от всей души желал послужить Родине и Церкви, а значит и людям, отдав им себя без остатка. К сожалению, этого не понял практически никто. Не стал исключением и научный консультант, который, возможно, просто не поверил в то, что кто-то что-то может делать для других людей, а не только для себя.

Вышеизложенные цели я сформулировал не за полчаса. Но мне постоянно казалось, что пишу я как-то не так. В конце концов, тот театр абсурда, который я наблюдал в Тюменском "государственном" университете и собираюсь описать – это трагедия, но ее можно сравнить лишь с одной микроскопических песчинкой из октиллионов других подобных ей, составляющих океанической пляж огромного континента, который медленно, но верно погружается в пучину под тяжестью безобразнейших охвативших его беззаконий. Моя история растворится в десятках миллионов таких же, да еще и гораздо более тягостных, чем моя. В конце концов, и прочесть это смогут очень не многие, так как у меня нет денег на раскрутку этого материала... Да,  много раз задавался вопросом о том, зачем я это пишу. Я знал, что нужно писать, но не знал, зачем писать. Парадокс, а кто-то скажет гордость, самолюбование, желание отомстить кому-то. Нет... месть за все это находится в руках Бога. Он воздаст.

Да и как я могу отомстить и чем? Депутат останется депутатом. Он полностью уверен в своей недосягаемости, как и все подобные ему. Депутату ничего не угрожает - у него официальный ежемесячный доход - сотни тысяч рублей. По моему оценочному и субъективному суждению, этих денег хватит, чтобы через какое-то время оказаться в Москве на одной из высоких должностей, еще до того, как окончательно завалится Т"Г"У.

 

Пару слов о выборах в Тюменской области, проходивших 9.09.2018

Сегодня я узнал, как проводились выборы в сельских районах Тюменской области. Были вызваны сотрудники избирательных комиссий (ну, как минимум одной) и им было сказано, что если галочка стоит не за Моора, то нужно поставить за него. "Как так, - сказали удивленные женщины,- бюллетень ведь будет испорчен?". На что последовал ответ: "А это уже не ваша забота". Кроме того, сразу после закрытия участков во многих деревнях была прекращена подача электроэнергии. Может быть, чтобы обесточить видеокамеры? И что там творилось, пока электричества не было, мы еще какое-то время не узнаем. Поэтому, хоть что Вы пишите и говорите о чиновниках и депутатах - это ни на что не повлияет, они просто посмеются над вами. И конечно (обязательная мантра) - это не относится к ним ко всем. Ведь есть среди них те, у кого имеются и совесть и честь. Но я пока кроме Поклонской и еще пары человек, никого с такими качествами назвать и не могу. Вроде бы этот абзац сильно выбивается из общей канвы… К чему он? Он сиюминутен, можно сказать внезапен. Именно так каждый человек ежедневно сталкивается с событиями и фактами, которые выталкивают его из теплой зоны самоуспокоения и ставят на мороз действительности, показывая, как на самом деле обстоят дела в России. Затем гражданин ищет внутри себя очередную теплую норку, прячется туда, но не на долго. В любой момент (который на заставляет себя долго ждать) действительность приходит и выдергивает его за ноги из очередного виртуального уютного домика (Может быть хватит прятаться? Ведь все равно не спрячется никто!). Так и этот абзац был написан мною как бы случайно, как очередное и каждодневное подтверждение моих выводов и иллюстрация того, что моя история не частное явление, она укладывается в систему.

 

Осознание основной цели изложения

4. Итак, после небольшого лирического отступления, продолжим изложение, начатое в пункте третьем. И вот сегодня перед всеношной я осознал, зачем я это все пишу (звучит, наверное, смешно: «сначала написал, а потом осознал, зачем это сделал», - но мне все равно… мой мир – это мир интуиций, которые часто актуализируются во времени нелинейно). Все это написано для будущего. Когда власть сменится, то, возможно, люди вспомнят обо мне и моей научной работе и я смогу быть им полезен. Я знаю, что мой народ несмотря на все старания так и не удалось превратить в безмозглое быдло, он способен сделать жизнь свою и своих детей достойной. И среди молодежи я вижу много умных нравственно здоровых людей. У врага всегда под ногами будет мешаться банальная человеческая совесть - голос Бога, который невозможно заглушить ничем, даже наркотиками. А ведь Дух дышит, где желает. Так вот, я вижу многих молодых людей, в которых совесть не просто живет, она в них горит!

Кроме того, если этот текст поможет хоть одному человеку понять, что происходит в стране, то моя задача будет выполнена.

Я написал чуть выше, что мы не узнаем о том, что происходило на участках, пока не было электричества, еще какое-то время. И так я написал неслучайно. По моему оценочному и субъективному мнению, время этой власти сочтено. Ведь чаша беззакония переполнена. Я абсолютно уверен, что власть, по вине которой была пролита хоть одна детская слезинка, хоть одна капля невинной крови, обречена на позорный уход в небытие, а все ее устраители не уйдут от суда Беспрестрасного Судии, а если им повезет, то и от здешних судий. А сколько было этих слез обездоленных детей со времен Горбачева, Ельцина и далее? Сколько детей было растерзано в утробе матери в процессе абортов? Виноваты эти "матери"? Только отчасти. Основная вина лежит на тех, кто в результате разбойного нападения изъял у этих несостоявшихся матерей необходимые для рождения и воспитания ребенка материальные блага. Пусть каждый из них знает, получая на пластиковую карточку очередные сотни тысяч и миллионы, что он получает вместе с этим в свое брюхо литры крови и куски десятков растерзанных детских тел. Каждый автомобиль представительского класса - это средства, достаточные для рождения, воспитания и образования, как минимум одного ребенка.

Но скоро, по моему мнению, конец. Россия, по суждению некоторых достойных уважения военных аналитиков, не может обеспечить себя даже боеприпасами для артиллерии. Мы свидетели полного развала страны, окончательного. Я написал, что скоро мы многое узнаем обо всех этих "выборах". Дело в том, что если новомученники и исповедники российские вымолят у Христа Спасителя позволение существовать России дальше, то нынешняя власть должна будет раствориться в нирване максимум в течение года. Если они не смогут умолить Его, то сценарий будет примерно таким, каким я его опишу ниже.

 

Кратко про ядерное оружие, китайцев и "пророческий дар"

Чечня уже заявила, что не будет поднимать пенсионный возраст. Вслед за ней также поступят другие национальные республики. В первую очередь, это может быть Татарстан, с которым не был продлен федеральный договор. Они не забыли этого. Страна расколется минимум на десяток частей (а одним из катализаторов всего этого является - пенсионная реформа! все это очередной успех иностранных спецслужб… нет, я не забываю о «своих» дураках, но они лишь инструмент). Москва будет вынуждена срочно выводить из Восточной Сибири ядерные арсеналы и ракетные армии. Но "патриотическое" правительство будет тянуть, с тем, чтобы мировое сообщество получило время на санкционирование и организацию высадки ограниченных военных контингентов для защиты ядерных арсеналов от "русских дикарей". В этих местах будут сразу же образованы колониальные (уже не закамуфлированные) администрации. Если же ядерные боеприпасы будут вывезены за Урал, поближе к Москве, то "обретшие суверенитет" национальные республики через полгода или год будут де факто признаны территорией Китая. Там к тому времени просто не останется ни одного русского и ни одного гордого коренного жителя. Китайцы изведут всех за несколько дней. Думаю, что они дойдут до Урала, в частности, до Тюмени (но останутся ли на этих рубежах – это вопрос).

Некоторое дерзновение делать такие прогнозы мне дает некоторый личный опыт. Так как более полугода назад я достаточно точно спрогнозировал действия Вселенского патриарха на Украине. К моим выкладкам тогда отнеслись более чем скептически, аргументируя это тем, что, мол, поместные православные церкви будет против прихода Константинополя на Украину, да и вообще все у нас схвачено: Эрдоган наш друг, сват и брат! Тогда я сказал, что Варфоломей сделает так, как ему скажут американцы, а вернее представители международных групп согласования и управления. И им будет плевать и на поместные церкви, и на брата, и на свата. Так все и получилось.

Аналогичные процессы стремительно развиваются и в других бывших республиках СССР, ставших теперь "назависимыми от русского ига". Но где это происходит, как и в какие сроки будут осуществляться операции аналогичные украинской, я теперь уже промолчу. Пусть этим занимаются всякие отделы по делам религий, часто состоящие из абсолютно непригодных для работы в данной сфере людей, в частности, по причине банальной безграмотности в вопросах религии и теологии. Для некоторых из них это просто тепленькое место, почетная ссылка. Грамотными в таких отделах зачастую бывают только иностранные шпионы, которые обладают соответствующим образованием, должным уровнем интеллекта и точно знают, что нужно делать. Для них аксиоматично то, что Миром правит именно религия. Так что провал РПЦ МП на Украине - это только первый этап масштабной геополитической операции. Процессы в религиозной сфере гораздо значимее любых санкций, какими бы они ни были. Но этого никто не понимает, так как сидят в тех кабинетах в большинстве своем (не все конечно) всякие гламурные девочки, родственники чиновников, получают из наших карманов тысяч, так, 50 - 60 и считают, что все у них под контролем.

 

Основная тема повествования - это история моей докторской

Нужно пояснить. Если я просто опубликую одно из писем, которые я писал в адрес различных высокопоставленных лиц, то это найдет отклик в душах очень небольшого количества людей. Так уж устроено человеческое сознание (не случайно, что Заповеди Господь и Бог наш Иисус Христос давал не в форме партийных лозунгов, а в притчах). Кстати, одно из таких писем здесь (кликните мышкой). Для того, чтобы понять весь трагизм ситуации, Вам необходимо пройти со мною своеобразной дорогой с времени моего обучения в Тобольской духовной семинарии до сегодняшнего дня. Пройти, примерно, тем же путем, что и я. И только в этом случае вы сможете понять смысл описываемого.

Речь пойдет о том, как я работал преподавателем в Т"Г"У с 2002 года, о том, как защищал там свои диссертации; о том, что из себя представляет "академическая среда" на самом деле. Думаю, что, примерно, та же ситуация по всей России. Но, благодаря программе 5-100, в Т"Г"У все несколько иначе, здесь все зашло гораздо дальше (с местной спецификой).

Не слишком ли пафосно употреблять словосочетание "Борьба за Родину", когда я упоминаю о своей научной работе? Нет, так как для меня это была именно такая борьба с первых минут моего появления в Т"Г"У в 2002 году, так как образование и наука - это самые важные части системы обеспечения национальной безопасности любого государства. Оккупанты нанесли самый сильный удар именно по ней. Представители глобальных структур осуществляют планирование на десятки и сотни лет. Такое планирование позволяет ставить на колени любые империи. Первые лица современных нам государств не способны на аналогичный тип мышления. Они не видят дальше двух-трех лет и дальше своего кармана, а потому большая часть современного общества обречена на утилизацию.

По моему оценочному мнению, высшего образования в России больше не существует, что является предвестником грядущего поражения. Но это поражение не детерминировано. Нет, у России есть шанс. И осознавая это, я пытался оказать сопротивление именно в этой области... Потому я дерзаю называть свою деятельность борьбой за Родину.

Так вот, расскажу об огромном труде, которому препятствовала вся система, расскажу о том, что лично я не могу назвать иначе как предательством, подлостью, коварством, а также трусостью, глупостью и эгоизмом (к сожалению все это сейчас возводится в необходимый стандарт поведения путем подмены понятий, теперь все это называется «креативностью» и «толерантностью», без которых невозможны «инновации»). И конечно же о том, к чему может привести человеческая зависть. Уверен, что это поможет другим продвинуться дальше меня.

Деятельность отдельных личностей, которую я буду описывать здесь во многом фенотипична. Такие как они занимают значительную часть управленческих постов в современной России. Познакомившись с описанием их дел, читатель будет знать, чего можно ожидать, оказавшись в аналогичной структуре. А значит, я могу своим повествованием помочь хоть кому-то. Спасти их от возможного очарования и последующего разочарования, которое может обернуться унынием и даже отчаянием. Дело в том, что если я буду писать вообще о проблеме, то это может вызвать недоверие читателя: мол, разве такое возможно? Но так как я буду писать, указывая на конкретные примеры, то уровень доверия моему опыту со стороны читающего будет совсем иным. Поэтому, приводить примеры из собственной практики необходимо.

Но вместе с основной темой парралельно пришлось освещать процесс, касающийся незаконного лишения меня работы.


А что же таки произошло?

"А что собственно произошло - это все о чем?", - спросит читатель. Поясняю. Это все про мою докторскую, которая готовилась в тяжелейших организационных и материальных условиях. Еще до ее защиты начались нападки на меня со стороны некоторых сил (подробнее о них я уже писал здесь). Позднее в адрес Диссовета и ВАК поступали отрицательные отзывы на диссертацию и автореферат, обвинения автора в клерикализме, нарушении устоев светского государства, отрицании либеральных ценностей, черносотенстве и т.д. Несмотря на все это 24 апреля 2015 года на заседании диссертационного совета Д 212.274.06 при Тюменском государственном университете диссертация была успешно защищена, набрав необходимое количество голосов «за». Защита проходила в тяжелейших условиях на протяжении более пяти часов.

Но в октябре 2015 года экспертный совет при Высшей аттестационной комиссии вынес рекомендацию отклонить решение Диссовета о присуждении мне степени доктора наук.

Члены Президиума ВАК на заседании 29 января 2016 этого года, видимо понимая сущность оказываемого диссертации противодействия, не приняли решения об отмене решения Диссовета .

Заслуживающий доверия источник в ВАК сообщал, что после заседания Президиума ВАК позиция председателя заключалась в том, что диплом должен быть выдан, а также, что все действия, необходимые для принятия решения о выдаче диплома доктора наук были совершены, и что имелся даже проект соответствующего приказа.

Но, диссретацию не отдали для заключения в другой диссовет, как это делается в похожих ситуациях (вот и докторскую Мединского отправляли в другой совет), а отдали для дачи заключения Хабриевой и Клишасу, что являлось незаконным (о существовании заключений указанных "господ", которые были изготовлены после 29 января 2016 года, мы узнали только блягодаря судебном процессу; кстати, ради этого одного стоило затевать процесс).

Итак, неожиданно для нас, был издан приказ Минобрнауки № 1026/ нк от 22.07.2016 года (пока все были в отпусках) об отмене решения Диссовета и отказе мне в присуждении степени доктора юрид. наук и выдаче диплома доктора наук. Юридических и научных оснований для издания такого приказа не имелось, что и стало предметом административного иска.

После этого было предательство всего университета, который, как я думаю, быстро понял, что ссориться с МОН им не с руки и не оказали мне никакой поддержки, даже моральной.

В течение последних полутора лет я проиграл все суды, столкнувшись с полным отсутствием правосудия по этому делу. По моему оценочному субъективному мнению, суды принимали решения, полностью игнорируя право, справедливость и даже элементарную логику.

Так все и получилось, как мне по неформальным каналам передали чиновники из МОН, что "не нужно трогать грязное белье прежней команды и можно хоть засудиться до смерти, суды ничем мне не помогут". Отмечу, что такое напутствие от МОН я получил еще до подачи иска в суд.

 

Как меня выживали с кафедры (кратко)

Я чуть выше написал о пламенной помощи со стороны "университета" и коллег. На этом я еще остановлюсь подробнее, а сейчас напишу лишь, что меня травили на кафедре конституционного и муниципального права с использованием довольно широкого арсенала средств и методов. Настолько велика была их зависть, а самое главное ненависть к сути и духу моей работы. Они уже не знали, что предпринять и как не допустить мой выход на защиту. Меня провоцировали различными способами. Одна из коллег даже обвинила меня в сексуальных домогательствах. Якобы я склонял ее к действиям сексуального характера годом ранее. Она несчастная молчала целый год! И тут, когда поняла, что на защиту докторской я все же выхожу, вдруг "вспомнила" об этом! И все это с попустительства заведующего кафедрой. Все это с одобрения тогдашнего директора Института государства и права, который жутко меня ненавидел за мою диссертацию, а вернее, идеи, которые я в нее вложил.

Об этом я докладывал господину фову (это «ректор»), но реакции не было никакой. Именно тогда я прочувствовал его отношение к Т"Г"У. В его глазах я, словно, прочел следующее: "Да кого это интересует? В этом заведении у всех свой бизнес. У тебя какие-то проблемы, ну так значит ты не способен встроиться в рыночную экономику".

 

Как меня выживали с кафедры конституционного и муниципального права (несколько подробнее) и еще как выглядел процесс прохождения диссертационного исследования

Ниже я публикую письмо, которое я рассылал заинтересованным людям, когда они, которым была не безразлична судьба диссертации. Такие люди находились в различных уголках России:

«На данный момент всю ответственность (и безответственность перед всем ВУЗом) ГН возложил на меня персонально. Он публично и многократно заявлял, что я на заседании Президиума ВАК ничего не смог ответить на поставленные вопросы, что полностью и предопределило решение по диссертации. Сам я свое краткое выступление на заседании Президиума ВАК таким образом никогда не оценивал. Я четко выполнял настоятельное и многократно выраженное предписание ГН: «говорить как можно меньше, чтобы не раздражать членов Президиума». Я хочу, чтобы все знали, что на подготовку и выступление к заседанию Президиума я отдал все имевшиеся у меня тогда силы. В то же время я прибывал в то время в тяжелейшем психологическом состоянии. Постараюсь объяснить его причину. Считаю это чрезвычайно важным. Начну несколько издалека.

Заведующий кафедры при формировании коллектива по моему оценочному и субъективному мнению никогда не руководствовался морально-религиозной и идеологической  состоятельностью сотрудников; на кафедре всегда работали только нужные люди, в частности, отпрыски бывшей и нынешней партийно-управленческой номенклатуры, или люди почему-то нужные на данный момент, а также просто чем-то симпатичные, вызывающие у него положительные эмоции (подробно описывать замеченные мною критерии воздержусь). Думаю, что я (выпускник семинарии) на его кафедру попал в начале двухтысячных во многом потому, что заигрывать с церковью в то время было просто модно.

Постепенно, в течение нескольких лет, я вошел в практическую конфронтацию с окружением ГН. При этом я ничего плохого никому не делал, молча выполняя свою работу. Их раздражал сам факт существования такого человека, как я. Сейчас я понимаю, что ненависть ко мне носила глубинно-духовный характер, думаю, что она не осознаваема до конца даже самими представителями окружения заведующего кафедрой.

Открыто травить меня стали с декабря 2006 года, когда я не дал требуемые (требуемые в жесткой форме по разным каналам) от меня 50 тысяч рублей на банкет по поводу защиты диссертации (со мною защищались еще 3 человека, которые нашли требуемые суммы, то есть, по их словам, требовалось в общей сложности около 200 тысяч рублей). Поясню, что требовали от меня деньги те люди, которые защищали диссертации в тот же день. В частности, мне многократно звонил и в грубой форме требовал от меня деньги человек с фамилией на букву «Г» (не помню не имени, ни отчества). Этот господин заставлял меня занять у кого-нибудь деньги. Занять деньги меня понуждал и покойный господин «П». Последний требовал от меня 10 тысяч на «организационные расходы». Помню, он вызвал меня (тогда он был секретарем диссовета) и стал требовать деньги, рекомендовал у кого-нибудь занять, например, у «Г», о котором он уважительно сказал: «О! это состоятельный человек». «П» пришел в ярость, когда я сказал, что денег у меня нет и занимать я ни у кого не буду. Тогда я высказал мысль, то может быть мне попросить денег у ГН, который тогда был директором института государства и права. «П» сказал (он эти слова, будучи в сильном раздражении, небрежно бросил мне),  чтобы я так и сделал. И я действительно пошел к ГН и сказал, что «П» требует деньги. ГН тогда был очень удивлен суммой. Он выписал мне премию – ровно десять тысяч. Их я получил в кассе и отнес «П», предал лично в руки. Он, в свою очередь, тут же положил их в ящик своего стола.

Потом меня вызывала к себе одна дама, я уже не помню, как ее звали. У нее кабинет был на пятом этаже по соседству с кафедрой теории и истории государства и права. Мне кажется, что это была какая-то академическая кафедра. Но я могу ошибаться. Эта дама имела какое-то отношение к аспирантским делам. Она потратила много времени на то, чтобы убедить меня раздобыть им денег. Но ей было нелегко, я пришел к ней в подряснике – это ее очень сбивало с толку и делал вид, что никак не понимаю, что от меня требуется. Но, она была искусной: постоянно указывала, что я как самый ответственный и должен возглавить сбор денег.

Дело в том, что у меня тогда просто не было требуемых денег. Была только жена с грудным ребенком. Не было состоятельных родителей и родственников, не было вообще никого в этом городе. Мои родители – это сельские труженики, отдавшие всю жизнь Советскому Союзу, которые никогда не были в достатке. Тогда я смог найти еще 5 тыс. рублей, которые все же отдал на организацию банкета. На этот «банкет» меня никто не пригласил, я даже не знаю, где было «торжество». Но «коллектив», как минимум всего института, я чрезвычайно раздражил своей нищетой. ГН тогда очень хорошо ко мне относился, и я не чаял в нем души, готов был пойти за ним и в огонь и в воду. Я действительно долгие годы буквально сражался за его честь везде, где только слышал нелестные отзывы о нем. Он был для меня всем. И тем самым я создал себе кумира, но слово Христово неприложно… Постепенно, год за годом «коллектив» воздействовал на ГН с целью дискредитировать меня и выдавить (См. приложение 1 – описание ситуации на декабрь 2013 года, поданное ГН, приложения к этому повествованию могут выглядеть даже наивными, но для меня все это было в высшей степени серьезно). Особенно это стало явным, когда они с удивлением узнали, что докторская диссертация во многом готова.  Тогда я почувствовал, что такое зависть «коллег». Они рвали и метали. Постепенно количество переросло в качество. В последние годы, как раз во время самой интенсивной работы над диссертацией любое мое общение с ГН представляло собою унижение меня с его стороны. Описать это сложно… Всем своим видом он демонстрировал по отношению ко мне порою неприкрытое омерзение и особенно это происходило при так называемых коллегах. Я просто терпел и молчал, днем и ночью работал над диссертацией. Бегал за ним как собачонка, пытаясь дописать работу.

Коллегам никак не удавалось прекратить сам процесс прохождения диссертационного исследования. Они шли на экстренные меры. Например, когда дата защиты была уже известна, а «коллектив», мучимый бесом зависти, ничего не мог с этим поделать, были предприняты крайние меры (Здесь нужно оговориться, что далеко не все коллеги ко мне так относятся, были на кафедре люди, которые адекватно оценивали сложившуюся обстановку. В масштабах института таких еще больше… Хотя… На кафедре ко мне хорошо относилась О.Н. Науменко, хотя был период, когда «коллегам» удалось настроить ее против меня… С ней как-то вообще странно все было… Она мне сильно досаждала. Но это было в течение краткого времени. Думаю, потом она все поняла).

Итак меры по недопущению меня к защите заключались в том, что женщина - заместитель заведующего кафедры (не помню уже как ее зовут), по информации имеющейся у меня, являющаяся дочерью достаточно высокопоставленного чиновника и старинного друга ГН (она еще и родственница одного из членов диссертационного совета, думаю, что этот член и был одним из тех, кто проголосовал против. Фамилию не знаю точно… мне не до них всех было, я думал только о своей научной работе и мене было совсем не интересно кто за кем стоит, кто и в какой степени кого ненавидит (тогда я еще верил в то, что можно вот так взять и своим умом, благодаря своим способностям, чего-то добиться в созданном с начала 90-х годов прошлого века государстве под названием Российская Федерация… хотя может быть где-то и можно, но не в моем случае). Про этого члена отдельная история. Он тогда не хотел вообще больше быть членом диссовета, так как ГН его где-то унизил. Кажется, этот член пришел только для того, чтобы проголосовать против моей диссертации, и больше его ничего не интересовало. Мне не было никаких дел ни до каких банкетов. Я тогда считал еще всех членов диссовета учеными {ученые были в совете, ведь подавляющее большинство проголосовало ЗА мою диссертацию} и наивно предполагал, что в России есть юридическая наука как таковая. Хотя для меня тогда уже не было секретом, что несколько «докторов», находятся на таком научном и образовательном уровне, что в советское время их даже бы в школу преподавать не пустили). Так вот дочь функционера на Новый Год 2015 публично обвинила меня в том, что якобы я год тому назад домогался ее прямо в кафедральном кабинете. И вот целый год после этого она бедная молчала и тут вдруг «разразилась» (такой термин применил ее супруг) … Тут же прибежал ее муж – доцент (это не единственный пример семейного подряда на этой кафедре) и стал угрожать мне убийством, грязно материл и говорил различные пакости. Я думал, что такие случаи были описаны только в патериках, что меня так гнусно и низко оклеветать никогда не смогут, так как людей способных на такое просто не существует… но это случилось!

Я не стал дослушивать научную тираду ее супруга, выражавшуюся в отвратительной нецензурной брани и подворотных угрозах, и пошел разыскивать виновницу торжества по институту, чтобы спросить, что я с ней делал год назад, когда именно, где и другие подробности. Встретил ее этажом выше. Она двигалась мне на встречу, увидев меня, несчастная женщина кинулась бежать в противоположную сторону, крича истерично на бегу: «Я с вами, Иван Анатольевич, ни о чем разговаривать не желаю!!!». Супруг все это время безмолвно носился вокруг меня в своей цигейковой  ушанке, то обгоняя меня, то отставая. Для него почему-то было нормой находиться в помещении в шапке. Бывало, оденется на кафедре, застегнется, плотно напялит свою шапку и выходит, как будто за дверью не коридор четвертого этажа, а непосредственно улица, да еще и дикий мороз. Ну, да ладно, может есть у него на это какие-то веские и неизвестные мне причины. Я вообще про шапку вспомнил потому, что его непосредственный начальник ВСЕГДА аккуратно снимал шапку на пороге института и одевал только перед самым порогом, выходя из здания.

Многих в институте протеже ГН все же убедила в своих словах. ГН бездействовал, хотя после этого вопиющего безобразия я обратился к нему с официальной жалобой.  Нужно сказать, что он всегда знал обо всем, что происходит на кафедре. Это только один из примеров мероприятий, при помощи которых мне препятствовали спокойно выйти на защиту.

На защиту докторской диссертации я опять же не смог найти денег. Не было у меня их, не мог я принять участия в подготовке банкета, о чем было известно всем еще до защиты. Даже тогда я еще не осознавал, какую роль играет в защите диссертации «правильно подготовленный банкет»! Не было потому, что всегда мы были нуждающимися людьми, потому, что последние копейки шли на погашение ипотеки по квартире, которую мы приобрели в 15 км. от города для мамы, которую забрали после смерти папы из Казахстана (когда не стало папы в сентябре 2012 года никто из коллег не выразил мне ни единого слова соболезнований [уже много позже я отметил это обстоятельство, как весьма показательное]); не было потому, что мы пытались хоть что-то скопить и приобрести свою квартиру и не жить в двухкомнатной, принадлежащей теще (скопили кое-что, но эти деньги забрал родственник бизнесмен-строитель со словами, что вложит в «долевку» и у нас будет квартира… больше его никто не видел… может быть и правда хотел помочь); не было потому, что в результате мошенничества чиновников нас выбросили из программы «молодая семья» и мы, имея уже двух детей не получили жилья (я обращался по этому поводу во все инстанции, в частности, к члену нашей кафедры, бессменному заместителю губернатора Шевчик Н.А.; ответа никакого не получил… хотя должен отметить, что когда попрашайничал и выклянчивал деньги у всех, кого только знал на протез тазобедренного сустава для папочки, то шевчик выписала мне мат. помощь… спасибо ей; но обращался я к ней через знакомых: через студентку, которая имела шевчик в качестве научного руководителя, предполагаю, что зам. губернатору было отказать ей не с руки… а если бы быдло в моем лице обратилось напрямую… вот быдло напрямую и обращалось по поводу беззакония по молодоей семье, если так можно выразиться… дальше грузной заместительницы мне продвинутся не удалось, она быстро разобралась с представителем плебса в моем лице); не было потому, что супруга несколько лет назад болела туберкулезом и ей пришлось делать операцию по иссечению части легкого.

На банкете после защиты я не присутствовал, ожидая своего оппонента в фойе. Это потому, что на банкет мои друзья нашли и внесли за меня всего лишь 15 тысяч, чего было недостаточно. Я сидел в коридоре и ждал оппонента, чтобы потом отвезти его в гостиницу. Во время банкета ГН выходил в фойе и орал на меня во все горло за плохо подготовленный банкет (к самой организации банкета я не имел никакого отношения вообще), орал так, что мне казалось, что сейчас стекла выпадут. Я молчал и терпел. Пребывал я в фойе до тех пор, пока обо мне не вспомнил оппонент и поэтому один из защищавшихся в тот день выскочил, чтобы позвать меня внутрь. Г.Н.Ч. даже не скрывал своего недовольства, что я зашел внутрь. Виниченко отказывался со мною чокаться, демонстративно поворачиваясь ко мне спиной. За это его прямо за столом при всех пристыдил Виктор Егорович.

После защиты никаких действий по отстаиванию диссертации в ВАК ГН не предпринимал, хотя когда он встретился в января 2016 года с Эбзеевым (это со слов ГН), то тот сразу задал вопрос: «а где вы были раньше?». А ведь ГН говорили умные люди, что с такой темой нужно ехать в Москву еще вперед документов. За несколько дней до поездки на Президиум ВАК вышеупоминавшаяся семейная пара пришли к ГН и принесли ему весь «компромат», который только смогли на меня найти: все сплетни, какие только были доступны (я, кстати, имею контроаргументы, но не стал их тогда предъявлять ГН, это некие документы). В результате ГН вызвал меня в свой кабинет в областной общественной палате (этот орган ничего кроме смеха у меня не вызывает, не могу удержаться, чтобы это не высказать здесь; они только награждают друг друга там всякими медалями… кстати, и я туда входил, но потом увидел, что толка с него никакого нет и никогда не будет, а собрались там обиженные на жизнь старые функционеры, которые никак не могут смириться с тем, что безвозвратно утратили власть и деньги… главное деньги [не все, но большинство из них]; кстати, как отреагировали все эти общественные палаты на пенсионную реформу?) и закатил страшный скандал. Выходит из себя он мгновенно и в это время абсолютно лишается контроля над собой. Орал и оскорблял меня он так, что в ушах звенело (буквально). Выгонял меня из своего кабинета (видимо, уже осознав, что себя не контролирует и может просто бросится на меня с кулаками, что, по-моему мнению, было абсолютно реально… он ими там махал…), не дал сказать мне ни одного слова. Уже одна эта выволочка сделала поездку на Президиум ВАК, мягко говоря, невыносимый.

Я тогда спросил его о том, на что мне ехать в ВАК. ГН ответил, что он лично поедет за счет общественной палаты, я могу с этим вопросом обратиться к ректору. И конечно, этот вопрос вызвал у него еще больше раздражение. Так бывало всегда, когда речь заходила о необходимости какой-либо помощи для сотрудников.  

Во время самого заседания Президиума ГН тяжело скрывал свое недовольство ситуацией и мною. У него есть интересная особенность, он умеет унижать людей, находить самые болезненные точки, со всей силы нажимая на них, и это приносит ему глубокое удовлетворение, он испытывает постоянную необходимость в этом, он это делает со всей страстью (это с моей субъективной точки зрения… по наблюдениям за ГН с 2001 года). Например, у дверей зала, где проходило заседание Президиума, ГН говорил мне о том, как сожалеет, что просмотрел мою диссертацию и допустил ее до защиты. Очень сожалеет, так как она ущербная и имеет массу недостатков, которые теперь-то он видит. Думаю, что теперь примерно можно себе представить, что я чувствовал, во время подготовки диссертации и уже позднее, в каком состоянии я находился. Именно сейчас я думаю о том, что, поскольку я находился в состоянии сильнейшего стресса, то внешне мои действия в Президиуме (если еще и учесть директивы ГН по нераздражению «олимпийцев»), действительно, могли выглядеть не очень убедительными, хотя я был уверен, что сделал все возможно  и невозможное. Но это все равно полная разнузданность со стороны МОН (другого определения быть не может). Зачем тогда вообще публичная защита? Все эти видеозаписи и трансляции, все эти многочисленные публикации в ВАК журналах, в которых требуют только деньги, за которые опубликуют все что угодно, все это не имеет никакого смысла (мои статьи публиковали так, считали их достойными публикации). Система имеет тысячу способов сломать неугодного исследователя, просто называя черное белым и наоборот. Это абсолютное, дошедшее до бесовского абсурда бесстыдное самоуправство, проистекающее из чувства своей полной безнаказанности.

Когда мы уже вышли из здания министерства, ГН продолжил унижать меня и говорить всякие гадости. Я же, как и в прежние годы, все это выслушивал и молчал. В этот раз даже просил у него прощения, хотя и не знал за что. Но мало ли что, может абсолютно нехотя чем-то обидел его. Но я не сделал ему никогда ничего плохого. Он ведь для меня был кумиром и примером для подражания с 2002 года. Не было бы кандидатской без него, не было бы и даже этой, по его словам «ничтожной», докторской. Когда многие и многие окружающие люди говорили мне, что он последний подлец, то я неизменно защищал его и делал это искренне.

Нужно подчеркнуть, что я был предан ему лично и всеми силами старался оправдать его доверие ко мне, которое, как мне казалось, было непоколебимо. Доверяли ему и мои близкие. Например, моя мама в течение последних десяти лет каждый день возносила Богу молитвы о здравии и благополучии «благодетеля Геннадия».

Так вот, вдоволь надо мною поиздевавшись он сел в джип с водителем и куда-то умчался, а я поплелся к ближайшей станции метро, чтобы поехать в Сретенский монастырь, где остановился у друга иеромонаха. Именно тогда после министерства разрушения образования моей родины и общения с ГН у меня случился первый в жизни приступ панической атаки: под ложечкой так «засосало», что идти я не мог, хотелось лечь прямо на заснеженный газон и лежать, но каким-то образом я дополз до метро. Вот тогда мне все стало ясно в этой стране…

Теперь о том, что произошло летом 2016 года. У меня тогда заканчивался так называемый контракт. Я стал проходить унизительную процедуру участия в конкурсном отборе. Приближалось заседание кафедры, на котором должны были утвердить мою кандидатуру. Я знал, что это все превратится в очередное унижение меня при всех со стороны заведующего. Я видел, с какими унижениями «переизбирали» других, даже входящих в свиту, а что будет со мною? Наверное, заставят ползать по полу и целовать всем туфли. Тем более, возможно, что женщина, на которую «я напал» на Новый 2014 год  смогла убедить ГН в том, что я посягал на ее сексуальную свободу. Дело в том, что женщины всегда во многом формировали мировоззрение ГН,  они знали об этом и активно пользовались. Поэтому,  чтобы быть «другом» ГН нужно было всего лишь подлизаться к нескольким ключевым смазливым и как правило весьма недалеким дамам в его свите. Простите, но я не мог не написать этого, так как это во многом ключ к произошедшей трагедии. Но, если ты чем-то не угодил дамам из свиты, то можешь прощаться с работой, так как они при помощи лести (довольно примитивной, кстати) все равно натравят его на жертву. Ради дам он готов на все. Например, какая-нибудь дамочка в очередной раз начинает хвалить охотничьи навыки ГН, говорить, что это признак настоящего мужчины! ГН расцветал от таких слов, казалось, что он сейчас кинется ее целовать. Смотреть на это всегда было противно. С одной стороны крайнее тщеславие, а с другой неприкрытое гротескное человекоугодие (но для чиновничков, как я понял – это норма). И то и другое является грехом.

Но дело в том, что я никогда не терял лицо православного человека и даже просто человека. Не человекоугодничал, не смеялся вместе со свитой над очередной примитивной шуткой… Я знал, что все больше  и больше людей в университете начинают верить в гнусную ложь обо мне. Поэтому, я не пошел на заседание кафедры, где должны были «рассматривать» мое заявление с выражением желания и дальше быть доцентом этой кафедры. Вместо этого, я пустил слух, что буду обращаться в суд по поводу защиты моих чести и достоинства в связи с клеветой со стороны «коллег», так как все другие средства самозащиты уже исчерпаны. Для этого я написал письмо с просьбой о помощи, обращенное к свидетелю тех, описанных выше, событий (назовем ее Изольдой), точно зная, что это бумага сразу же окажется у представителей «пострадавшей от моего полового возбешения семейки» и у ГН. И это было едва ли не единственным способом донести до ГН всю правду о том, какими изощрёнными способами пользовались люди, ненавидящие православие и, соответственно, мою докторскую (См. приложение 2). И я не просчитался – все так и вышло. А еще я позвонил одной институтской докторопрофессорше и по секрету сказал ей, что мол все, не могу больше, я ухожух и подаю в суд на угрожавшего убить меня несчастного доцента. Я точно знал, что сказанное по секрету этой даме, мене чем через пять минут будет достоянием как минимум всего института государства и права. Я и тут нисколько не ошибся. Они там до сих пор уверены, что я подавал заявление в суд и убедить их в обратном уже никто не сможет, ведь это профессора и интеллектуальная элита страны!!! После этого ГН, потратив половину заседания кафедры на вникание в суть моего письма Изольде, молниеносно переменился и уже на следующий день превратился в саму любезность и само олицетворение православного сопредседателя какого-то там собора (даже выскочил ко мне на встречу из кабинета в областной общественной палате). Но это, как выяснилось позже, было простым лицемерием. Я даже не ожидал, что человек может так стремительно сменить маску. Он признал, что клевета в отношении меня была мерзкой, а мне будут принесены извинения (так их никто и не принес), а после получения диплома доктора наук я сразу же буду принят на должность профессора кафедры. Я опять поверил каждому его слову и искренне, от всей души опять просил у него прощения за возможные, но в любом случае невольные, обиды (я так и не понимаю какие).

Последняя стадия процедуры замещения должности – заседание совета института. Так вот, на этом заседании якобы большая часть членов совета проголосовала против моей кандидатуры (я был единственным кандидатом). Конечно, тут постарались «коллеги» с кафедры и директор института, который будучи всецело пропитанным идеями трансгуманизма и либерализма всегда хотел от меня избавиться (Не могу не вспомнить вот о каком эпизоде. Во время защиты докторской диссертации был перерыв, я пошел в туалет и встретил в коридоре Марочкина. Он стал смеяться на до мною. Было ясно, что он преследовал цель выбить меня из и без того чрезвычайно зыбкой зоны комфорта (да ее и не было). Но при этом в этом было что-то совсем неестественное, если не сказать безумное. Вы только представьте: он стоит, смотрит на меня и хохочет, как будто встретил клоуна. А предстояло еще несколько часов защиты). Кроме того, скорее всего, еще и была банальная подтасовка результатов тайного голосования. Комиссия (ее возглавляла жутко ненавидящая меня тогдашняя заведующая кафедрой гражданского права [и почему она потом под суд попала?]; думаю, ненависть была обусловлена неприязнью к православию и тем, что я всегда мешался под ногами и делал неудобным процесс получения … от студентов, особенно заочников) считала 20 бюллетеней не менее 30 минут. Считали они с …. не помню я уж их как кого зовут (вот, например имена и фамилии каких-нибудь сербов, англичан, немцев запоминаю сразу, раз и навсегда, а этих не помню) на Ш. у нее, кажется, отчество, она с кафедры, где марочкин и виниченко. Она точно была уверена в том, что я бедную зам. зав. каф. принуждал к действиям сексуального характера. Но ее пока не арестовали…

Итак, я не прошел конкурс и остался без работы. Но все были уверены, что я вот-вот получу диплом доктора и вынуждены были заключить со мною доп. соглашение о работе по декабрь месяц с условием повторного прохождения конкурсного отбора. Но на кафедре меня сразу вычеркнули из всех списков, лишили нагрузки. Потом, когда в сентябре выяснилось, что я не уволен, пришлось эту нагрузку для меня лихорадочно находить. Конкурс был объявлен. На мое место заявилась Изольда (хотя я еще был живой), которая является подругой дамы, «пострадавшей от моей гнусной привычки принуждать дам кое к чему….». В такой ситуации я просто не стал учувствовать в этом конкурсе. На сентябрьском заседании кафедры ГН при всех (в мое присутствие) к нескрываемой радости «коллег» (семейного подряда, представители которого восторженно ему поддакивали) заявил, что я на заседании Президиума ВАК ничего не смог ответить на вопросы, что полностью и предопределило решение по диссертации. Я не могу описать, что я чувствовал в это время… Я отдал все имеющиеся силы на подготовку к Президиуму ВАК и вот теперь я узнаю, что я единственный во всем виноват и мои действия были в высшей степени безответственными перед всем университетом (Вся эпопея с диссертацией стоила мне титанических усилий. Мой друг к.мед.н., православный доктор говорил мне, что примерно через полгода после защиты наступит кризис всех моральных и физических сил. И действительно с конца августа до декабря 2015 года я буквально пролежал. Болезнь была чрезвычайно тяжелой, не помогало никое лечение. Это последствие тяжелейшей защиты. Сейчас диссертанта- соискателя докторского диплома, если человек пишет все сам (если это не делает за него целый институт), можно сравнить со спичкой, которая должна доказать, что она способна загораться. Но беда то в том, что спичка может загореться только однажды). Либо ГН абсолютно лишен эмпатии (что близко к патологии), либо это просто как минимум лицемер, но скорее именно второе. Тогда я в очередной раз отчетливо почувствовал, что унижать людей – это постоянная потребность уважаемого ГН, духовная болезнь, жуткая страсть, банальная бесовщина (кстати, на том заседании он торжественно всем пообещал баллотироваться в депутаты госдумы на следующих выбора, а все ему поддакивали…). Также я четко осознал, что летняя перемена ГН, когда он обещал мне профессорское место, была просто ловким тактическим ходом (ведь он взял у меня обещание не обращаться в суд… он действительно испугался возможного судебного процесса… теоретически, я знал, что подлость и трусость всегда идут рука об руку, а тут увидел живой пример), а все мои душевные порывы в его адрес - бисером (и это самая подходящая в данных обстоятельствах аллегория). При этом он на том же заседании продолжал говорить, что желает, чтобы я остался на кафедре. А кто же тогда устроил внутрикафедральную конкуренцию по поводу моего места (его свита не сделает без его ведома ни одного вздоха)? Напомню, на мое место заявилась Изольда, в которой ГН почему-то души не чает. Его отношение к ней абсолютно субъективно. Изольда (по моему оценочному и субъективному мнению) и наука – это все равно, что Белка или Стрелка по отношению к космическому кораблю, в котором их катали вокруг Земли.

Издевательство на заседании кафедры было последней каплей. Я понял, что рискую скатиться в грех человекоугодия. После этого всего я считаю абсолютно невозможными любые контакты с ГН и его окружением, так как имею все основания считать его поступки (и не только эти) проявлением величайшей подлости и испорченности, которые, как мне кажется, уже являются частью самой сущности этого человека. Он просто наплевал мне в душу, которая всегда была абсолютно открыта перед ним. Надеюсь, что он сможет от них избавиться. Я не испытываю по отношению к нему злобы, почти не испытываю обиды (к сожалению, я все более и более начинаю просто брезговать этим человеком, что, конечно, неправильно… но это чувство во мне развивается). Я просто осознаю, что теперь между ним и мною имеется бетонная стена, разрушать которую абсолютно не нужно. Здесь я не могу точно сформулировать свои чувства… Бог уничтожил очередного моего кумира – это точнее всего.

Ведь он каждое проводимое им заседание кафедры имело для меня ценность. Я неоднократно отмечал, что после заседаний хочется заниматься наукой, хочется творить. Они воодушевляли меня на кропотливую работу над темой, которую я считаю для мой Родины ключевой.

Я помню его глаза, когда в 2006 году он рассказывал перед всей кафедрой о том, как побывал на Афоне. Они горели, его душа пылала. Тогда он рассказывал о своей поездке именно мне, он сидел напротив меня и, очень эмоционально рассказывая о поездке, смотрел только на меня. Он понимал, что остальные от этого очень далеки. А в это же время члены кафедры скрежетали зубами от зависти и ненависти, видя такое отношение начальника ко мне. Семейный подряд, который тогда существовал на кафедре, особенно рвал и метал по этом поводу.

Еще считаю нужным добавить, что никто из проголосовавших на защите диссертации против моей диссертации не руководствовался наукой. Одни голосовали из идеологических соображений, другие желали откровенно насолить ГН, чего они и не скрывали впоследствии.

Например, как мне рассказывали люди, в честности которых у меня нет ни малейшего основания сомневаться мегопрофессор и супердоктор прямо призывал голосовать против меня, чтобы унизить ГН. Он говорил: «Что вы его боитесь, голосуйте против, поставим на место ГН». Также поступал и юмористичный директор института. То есть на меня вообще мало кто внимания-то обращал во время защиты. Они в это время сводили друг с другом счеты. Потом на «банкете», на часть которого мне позволили зайти этот мегопрофессор-охотник после очередной рюмки водки жаловался на своего диссертанта: Он такой-рассекой после получения кандидатского диплома совершил акт чернейшего святотатства. «Я ему звоню, попадаю на его секретаршу, прошу соединить с ним. Секретарша связалась с ним и отвечает мне, что он не может со мною говорить, так как РАБОТАЕТ С ДОКУМЕНТАМИ!!!.» Это для мегапрофессора было величайшим унижением, он, наверное, до сих пор всем об этом рассказывает. А я понимаю того диссертанта и хотел бы пожать ему руку.

И еще одно воспоминание с того вечера останется со мною навсегда. Когда меня впустили/конвоировали на банкет, то я попал на место рядом с оппонентом, который о мне и вспомнил. Напротив сидел член совета. Я не помню даже толком его лица. Я был в таком состоянии (особенно после крика ГН, что там каких-то вилок не хватает и котлет), что у меня все плыло перед глазами. Помню, что человек ниже среднего роста. У него был коричневый костюм или что-то вроде того. Видимо, этот человек все понимал, видел мое состояние и в качестве очередного тоста рассказал короткую историю. «У нас недавно была очередная защита кандидатской. И вот на следующий день, успешно защитившийся и уже бывший соискатель подходит к крыльцу института и видит над всем крыльцом огромный банер на котором написано: «Поздравляем такого-то и такого-то с успешной защитой, гордимся и ждем очередных научных достижений!!!». Он закончил, никто не проронил не слова, все молча выпили и продолжили про охоту и рыбалку.

Поздравили меня человека три из всего университета. С кафедры никто. В частности, меня поздравила Рачева и сказала, что в нынешних российских условиях и тюменских, в частности, проведенную защиту можно считать проявлением героизма. Но я так не считаю, ведь я сражался за Родину.

Да, ГН искренне разделял идеи, заложенные в диссертации (может быть эта диссертация для него была попыткой своеобразного покаяния перед страной за участие (хоть и мизерное) в подготовке во многом преступной по отношению к народу конституции 1993 года?), но столкнувшись с сопротивлением быстро сдался. Он даже к Хабриевой обращался с просьбой дать положительное заключение по диссертации (он любит отзываться о ней как о своей благодетельнице), но, как можно сейчас заключить, в ее аппаратно-политических предпочтениях места ГН нет, он второстепенен для нее. Она дала абсолютно отрицательное заключение (хотя она его и не видела, в чем я уверен).

Вторым "ученым", который дал разбойничье (то есть тайное: если бы не судебный процесс, то мы бы не узнали об этом произведении) отрицательное заключение по поводу диссертации был "сенатор" Клишас. Да, да, тот самый, который подарил русским (еще раз напомню, что русские для меня - все население, на территории равной, как минимум, масштабам Российской Империи) законопроект о создании инфраструктуры для автономной работы Рунета и об административном наказании за оскорбление власти и о запрете фейковых новостей в Интернете. Я о нем еще напишу. Сейчас достаточно и того, что изложено о Клашасе в Википедии: "В 2012 году с задекларированным семейным доходом в размере 284 млн рублей занял 29-е место в рейтинге доходов российских чиновников, составленном журналом Forbes. В Швейцарии, по информации газеты «Ведомости», Клишасу принадлежит домовладение общей площадью 432 м² и земельный участок площадью 1000м² (задекларировано только 543 м), в России — земельный участок для личного подсобного хозяйства в размере 1589 м², участок под жилищное строительство в размере 75 200 м², 6 участков под индивидуальное жилищное строительство в размере от 690 до 5850 м², а также садовый участок в размере 1200 м². Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального в сентябре 2014 года обвинил сенатора в утаивании 400 м² дачного участка. В 2018 году ФБК обвинил сенатора во владении офшорной фирмой, утаивании автомобиля и манипуляциях во время приватизации 90-х годах". Мог ли такой персонаж дать положительное заключение касательно моей работы? Думаю, что читатель сам сможет ответить на этот вопрос. Тамик образом, суд над моей диссертацией осуществяли лучшие друзья России и русского народа.

Вот так впевые пересеклись наши с Клишасом дороги.

Кроме того, теперь я лучше понимаю, как погиб СССР. Если в высших эшелонах власти были люди подобные ГН, то можно только удивлять тому, как долго просуществовала эта Империя, многие социалистические ценности которой во многом являются для меня эталоном общественного устройства.

P.S. В книге я напишу об этом гораздо подробнее. И не только об этом. Расскажу всем, как ф стал ректором. Эта занимательная история. Многим, в частности, Ливанову будет интересно читать ее.

Здесь же я еще пару предложений напишу о кадровой политике на кафедре. Это то, что простить нельзя. Это самые грусные вещи, которые происходили на этой кафедре. Дело в том, что иногда на кафедру приходили работать, безусловно, талантливые и перспективные в научно-преподавательском отношении молодые люди. Не буду называть их имена. Отмечу только, что наиболее талантливыми из них были два молодых человека и девушка с фамилией на букву Х. Но этих людей через какое-то время «съедало» ближайшее окружение ГН, которое всегда имело карт-бланш в своих действиях.  Меня это очень удивляло, я не понимал, как можно подвергать обструкции и отпускать с кафедры таких людей, к тому же, безусловно, обладающих высокими нравственными качествами.

  

Все это мелочи: ссылка на действительно серьезную работу

Здесь хочу отметить, что понимаю тех людей, которые считают, что "правду нужно писать большими мазками". Да, несколько мельчу с этим материалом. Потому хочу его побыстрее завершить. Но все же параллельно я занимаюсь серьеными проектами. Вот ссылка на один из них.

 

Ректор-депутат

И так, после незаконного лишения меня ученой степени был подан судебный иск в отношении МОН. Сразу обращу внимание читателя на то, что в иске в качестве третей стороны был указан Т«Г»У. Но, на это «православное» руководство данного учебного заведения не отреагировало никак! Они не участвовали в процессе, они не написали ни единой бумажки и не представили ее в суд. Более того, ректор в начале процесса требовал «предпринять юридически значимые действия и поставить процесс на паузу!» (об этой сцене я еще напишу позже и подробнее). Кстати, данное требование было выполнено. Я просил суд отложить процесс…

Требовать прекращения процесса господин ректор не мог, так как с ним предстоящая подача иска была заблаговременно согласована. Это, вот, какая-то игра у него своя была. Здесь же напишу еще вот что. Конечно, я подробно разберу роль научного консультанта во всем этом. Но, хочу сразу отметить, что абсолютным злом его никогда не считал и сейчас не считаю (он мне даже до сих пор снится по ночам и я не назвал бы эти сны плохими). Нужно признать, что ГН внес серьезнейший вклад в становление меня как ученого (считаю, что имею право называть себя так). Осознаю, что он сделал для меня с момента нашего с ним знакомства осенью 2001 года достаточно многое… Но, сейчас не об этом, а о том, что для научного консультанта, я думаю, было некоторым шоком то, что я в середине учебного года вдруг покинул возглавляемую им кафедру. Он узнал об этом постфактум. Но, такова была моя договоренность с ректором. Именно ректор просил меня сохранить в тайне от всех то, что я буду переведен в Научный экспертный центр. Признаться, я думал, что ректор оповестит об этом как-то зав. кафедрой (я тогда действительно не знал, что научного консультанта ректор не оповещает вообще ни о чем, в том числе, по вопросам, чрезвычайно чувствительным для научного консультанта).

До сих пор меня не покидает ощущение того, что судья в первой инстанции была готова вынести правосудное решение. Но я поставил процесс "на паузу". И во время этой паузы поступил отзыв МОН, отзыв абсолютно ничтожный, но он поступил и в удовлетворении иска мне было отказано. Если бы отложения не было по просьбе ректора, то правосудие в первой инстанции, пожалуй, восторжествовало бы. Ведь судья была даже удивлена моей просьбой отложить рассмотрение дела по существу. Жалко судью (я как то душевно даже проникся к ней за время общения в процессе). Ведь ей придется теперь отвечать перед Богом за неправосудное решение, которое сломало мне жизнь. А Бог – это судья беспристрастный… 

А с нынешним ректором я знаком с осени 2002 года, именно тогда я начал преподавательскую деятельность в ТГУ сразу после окончания Тобольской духовной семинарии. Вместе с будущим ректором я долгие-долгие годы работал на одной кафедре. Мы с Валерой ровесники.

Я еще буду писать о нем подробно. Пока только замечу, что мне очень непросто понять, как он стал ректором. У меня, в частности, вызывает недоумение то, чем руководствовались те люди, которые принимали решение касательно ф. Мотивацией могло быть все что угодно, но только не наука. Поясню. В 2013 году к 20-летию кафедры Конституционного и муниципального права вышло издание, в котором приводилась информация о всех сотрудниках кафедры и их научно-методических достижениях. В ней, в частности, значится, что с 30 октября 2012 года являетя и.о. ректора. К тому времени его научные труды сводились к следующему: монография 2012 года объемом в 416 стр. и с 16 (с шестнадцатью, Карл!) авторами, один из которых некто В.Н. Фальков; три УМК, у одного из которых 3 автора и "др." - так и написано (фамилии Фальков там вообще нет), у другого 4 автора - это электронный ресурс, где фамилия ректора значится и у третьего три автора; статьи ВАК и иные научные издания, среди которых обозначено 7 работ, одна из которых опять же в соавторстве г-м Г.Н. Чеботаревым. И на этом все. Возможно, у ректора за прошедшие шесть лет появились десятки монографий, статей в том числе в скопус, вепосайнс и других изданиях, большая часть из которых по моему оценочному и субъективному мнению являются частью уничтожения образования в России и орудием психо-исторической войны. Может быть и появилось все это. У ректора и депутата может и появиться, ведь написал же ему кто-то текст на английском, который он произносил перед "кураторами" (по моему оценочному и субъективному мнению, агентами иностранных спецслужб, агентами влияния недружественных России государств и просто людьми, в действиях которых можно усмотреть признаки состава преступления, предусмотренного ст. 275 УК РФ) 5-100, пытаясь получить их благосклонность и попасть в эту программу. По моему мнению, основанному на долголетнем общении с В.Н. Фальковым самому ему написать эту фултонскую речь было бы несколько затруднительно.

Так вот, мне никак не дает покоя вопрос о том, как и кто, и почему мог доверить человеку, имеющему такие научные достижения целый ВУЗ с десятками докторов наук и профессоров, которые имеют сотни публикаций и мировую известность? Но тогда я не задавался таким вопросом, я был искренне рад, что наш Валера теперь ректор, и в таком благодушном состоянии я ходил по Институту государства и права и наблюдал за внезапно начавшемся в декабре 2012 года срочном ремонте здания института, начиная с верхних этажей. Причем этот ремонт имел отнюдь не косметический характер, такие, как правило, затевают в середине лета, когда все преподаватели в отпусках и в здании нет студентов, но никак не под Новый 2013 год. Но... это всего лишь лирическое отступление.

Когда ф назначали избирали облдепутатом, то, если мне не изменяет память, на его огромных придорожных агитационных плакатах среди перечисленных выдающихся качеств, которые делали его безусловно достойным быть слугой народа, была отмечена "трудоспособность". Это было оскорбление лично для меня. Но, я думаю, и для любого не потерявшего рассудок человека также. Я понимаю это как заявление будущего депутата о своей исключительности и превосходстве над другими. Вот я обладаю трудоспособностью и потому я ректор и депутат, потому я получаю сотни тысяч в месяц. А у вас всех нет этой трудоспособности, а потому вы неудачники. Неужели он действительно считает себя трудоспособнее того таджика, который подметает улицу под окнами роскошного ректорского кабинета?

А ведь может оказаться так, что если бы этот таджик попал на место Фалькова, он бы мог работать гораздо эффективнее. Но таджику не повезло. Как-то Греф, кажется, заявил, что русские ленивы и не желают работать. Кстати, "Греф" (один из кураторов 5-100) - это уже давно, как мне кажется, имя нарицательное. Этот человек там, на самом верху, хотя вся страна знает, что из себя представляет этот господин. Где он должен сейчас быть только за саботаж в Крыму, за отказ открывать там отделения сбербанка? Где он должен быть, являясь членом совета директоров одного из крупнейших западных банков? Это безумие! И ведь Греф и такие как он чувствуют свою полную недосягаемость для народа, они плюют на людей, презирают людей. Так вот, касательно трудоспособности русских. Они не работают - это так. И правильно делают. Это значит, что они еще не превращены в рабов. Русские - это люди, которые имеют острейшее чувство справедливости и никто из них не будет работать (платить налоги уж точно), зная, что блатной начальничек получает зарплату на порядок большую чем у них.

Ответьте мне, за что все эти чиновники, депутаты, ректора получают такие деньги? Они ведь ничего не производят, они даже лекций не читают. Они получают эти деньги эксплуатируя народ! Большая их часть абсолютно не нужна людям, более того она вредна, и эта вредна для общества. А народ молчит... Пока народ только саботирует любую деятельность, которая может быть востребованной структурой, которую почему-то называют государством: бюджетники эмитируют деятельность, предприниматели не платят налоги, оставшиеся слесари (скоро их не будет, они просто потихоньку умирают от старости) сверлят дыры в МКС и подсоединяют во вторых ступенях некоторые трубки "не совсем правильно".

***

Предполагал, что вот-вот приступлю к изложению того, как я работал в Т«Г»У, начиная с осени 2002 года. О том, с каким безумием мне там пришлось столкнуться. Писать о том, как это безумие «помогало» мне заниматься наукой. Все это закончилось для меня столкновением с судебной системой РФ. С системой, в которой для таких как я не существует правосудия, где абсолютно безнаказанно можно называть черное белым и делать с Вами все что угодно – отвечать за это никто не будет. Если у Вас нет денег, связей, вы не чиновник, не милиционер или депутат, то вы никто и жаловаться Вам некому. Вас никто не услышит. Это мое личное мнение, абсолютно субъективный взгляд. По крайней мере, для меня это было так. Пока я могу назвать только несколько честных судей, которым, я уверен, очень неуютно чувствуют себя в этой системе.

А я ведь был до 2015 года самим воплощением «Россиявсталасколен», но столкнувшись с действительностью, понял, что здесь что-то не совсем так. При этом ко мне не приезжали агенты иностранных спецслужб, они не предлагали мне денег или каких-либо материальных благ, не облучали меня из психотронного оружия, я ни разу не слушал "Радио свободы", я даже не масон и меня никто туда не звал  - я просто заявил о своей научной позиции и прошел по дорожкам, которыми ходят все наши сограждане (почти все, за исключением избранных, которые в свое время удачно поменяли комсомольские и коммунистические партийные значки на миллионы миллионов в офшорах и на "скромную" недвижимость за рубежом). И вот после того, как я соприкоснулся с некоторыми частями того, что называют Российской Федерацией и получил от них «защиту» своих прав, мои глаз открылись. Я увидел, как живут мои соотечественники. Я увидел перед собой машину зла и несправедливости, которая чем больше существует, тем более людей прозревают и погружаются в отчаяние от безысходности и бессилия что-либо изменить в своей судьбе и судье своих детей.

Нет, я не "раскачиваю лодку", я пишу о том, что я вижу вокруг. Это происходит со мною, и тоже самое я слышу от всех людей, с которыми мне приходится общаться. Раньше я отмахивался: "частный случай, исключение, пройдет, помоги Господи" и проходил мимо. А потом столкнулся сам, стал пристальнее следить за окружающим и понял, что это не были частные случаи - это система.

Я отлично понимаю, что народ сейчас всеми силами доводят до того состояния, когда он выйдет на улицы и снесет угнетателей, но также я понимаю, что уже всесторонне подготовлены десятки людей, которые возглавят революционные выступления, перехватят власть и потом через непродолжительное время сдадут мировому сатанистскому по своим религиозным убеждениям олигархату остатки моей Родины. В России все идет точно по украинскому сценарию.

Наша задача не допустить всего этого. Один из способов - это консолидация обездоленного народа, гласность, законное требование соблюдение своих прав, а потом и возвращение лучших завоеваний развитого социалистического общества.

Я бесконечно благодарен Богу за то, что Он показал мне со всех сторон то, в каком тяжелейшем состоянии находится наша Родина, ведь если бы я не написал и не защитил докторскую, не столкнулся с жесточайшим противодействием выстроенной врагами нашего народа античеловеческой системы (по крайней мере, в сфере науки и образования, по которым наносится основной удар; хотя там еще есть люди, которые сопротивляются и делают зачастую невозможное, о чем я еще напишу), то я до сих пор полагал бы, что все в России хорошо и мое сознание всецело определялось бы рамками, заданными великими телевизионными жрецами-заклинателями типа соловьева или киселева.

Но придется отложить повествование, связанное с диссертацией, так как назревает очередное неправосудное решение в отношении меня (хотя, шанс есть, но он очень невелик…). Итак, завтра будет судебное заседание по моему иску к Т«ГУ». Далее излагаю исковое заявление.

 

В Калининский районный суд г. Тюмени Тюменской области

Адрес: 625038, г. Тюмень, ул. 8 Марта, д. 1

Истец: Тарасевич Иван Анатольевич,

Ответчик: ФГАОУ ВПО «Тюменский государственный университет», расположен
625003, Тюмень, улица Семакова, д.10, телефон: +7 (3452)-59-74-44, эл. почта: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Госпошлиной не облагается

Исковое заявление о восстановлении на работе

Фактические обстоятельства следующие.

С 01.09.2006 года по 02.04.2018 года я, Тарасевич Иван Анатольевич (далее – «Истец», «работник») работал в ФГБ(А)ОУ ВПО «Тюменский государственный университет» (далее по тексту – «Ответчик», «Работодатель», «ТюмГУ», «Университет») на научно-преподавательских должностях  правового  профиля.  С сентября 2011 года действовал Трудовой договор от 01.07.2011 года № 560 (далее – «Трудовой договор»),  который несколько раз дополнялся. 

В пункте 1 Дополнительного соглашении от 01.12.2017 года № 3785д  указано, что на момент его подписания у меня была должность «Старший научный сотрудник экспертного научного центра противодействия идеологии экстремизма и терроризма», а также что Трудовой договор» продлен на период с 02.12.2017 по 31.03.2018, с условием прохождения мной конкурсного отбора. 

В январе был объявлен конкурс на замещение «моей» должности. Я полагал, что сохраню рабочее место, однако, 28 или 29 марта 2018 года сотрудница кадровой службы ТюмГУ сообщила мне по телефону, что в связи с прекращением трудовых отношений между мной и «Университетом», мне необходимо 30 марта 2018 года явиться в кадровую службу «Университета». 

Согласно статье 391, 392 ТК РФ, непосредственно в судах рассматриваются индивидуальные трудовые споры по заявлениям работника о восстановлении на работе независимо от оснований прекращения трудового договора; работник имеет право обратиться в суд … по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

 

Странное совпадение

Здесь нужно сделать отступление, что ТД был по 31.03.2018, но меня желали уволить именно 30 числа, так как 30 марта был последним днем действия удостоверения доверенного лица кандидата в Президенты России, выданного мне ЦИК РФ. Совпадение? А может быть – это репрессия за мою политическую деятельность? К 30 марта мне неверно рассчитали выплаты. Оскорбляли во врем выдачи ТК. Потом я указал, что они не имели права увольнять меня 30 числом, так как 31 – выходной. Стали делать перерасчет, исправили в трудовой дату увольнения на понедельник 2 марта. Сделали перерасчет выплат и компенсаций. Вся ТК сейчас перечеркана записями о приказах и их отменами. Пришлось даже вставлять в мою ТК еще одну дополнительную, так как для безответственного чирканья места уже не хватает.

Продолжу излагать исковое.

После получения мною трудовой книжки и ряда других учетно-расчетных документов я обратился в кадровую службу ТюмГУ с просьбой выдать мне все документы, обосновывающие мое увольнение, в том числе, копию приказа об увольнении. На это сотрудница кадровой службы Машинова Н.В. предложила подать соответствующее письменное заявление. 

Отступление: я требовал протокол заседание комиссии два раза! но мне неизменно выдавали только выписки. И жаловаться как бы некому.

После предоставления мне документов по письменному заявлению, выяснилось, что в выписке из протокола 26 марта 2018 года заседания конкурсной комиссии (далее – «Выписка») указано: «Тарасевича Ивана Анатольевича считать не избранным по конкурсу на должность старшего научного сотрудника экспертного научного центра противодействия идеологии экстремизма и терроризма». Выписка составлена по форме, не соответствующей указанию в локальных актах (об этом будет сказано ниже), в связи с чем я запросил Протокол (его копию) заседания конкурсной комиссии от 26 марта 2018 года. Мне повторно выдали выписку из протокола, не соответствующую локальным актам.

Приступая к правовой оценке ситуации, необходимо отметить, что я как научный работник подпадаю под действие положения статьи 336.1 Трудового кодекса, в силу чего заключению трудового договора Ответчика со мной предшествует избрание по конкурсу на замещение должности старшего научного сотрудника. Порядок проведения конкурса в подобных Ответчику организациях нормативно определяется Приказом Минобрнауки России от 02.09.2015 N 937.

На основе положений Приказа Минобрнауки России от 02.09.2015 N 937, ряда относимых к процедурам избрания по конкурсу научных работников законов и подзаконных нормативных правовых актов, учитывая положения Устава ТюмГУ и коллективного договора, в «Университете» действуют несколько локальных нормативных актов. Это, в частности:

- «Общие и специальные требования к квалификации научных работников» в ФГАОУ ВО «Тюменский государственный университет», утвержденные «Приказом Ректора «ТюмГУ» от 09.10.2017 № 550(1)-1 (далее – «Квалификационные требования»);

- «Положение о конкурсной комиссии ФГАОУ ВО «Тюменский государственный университет», утв. Приказом Ректора «ТюмГУ» от 09.10.2017 № 551(1)-1 (далее – «Положение о комиссии»);

- «Положение о порядке замещения должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, в ФГАОУ ВО «Тюменский государственный университет», утвержденное приказом № 458-1 от 31.08.2017 (далее – «Положение для педагогов»).

«Положение о порядке замещения должностей научных работников в ФГАОУ ВО «Тюменский государственный университет», утв. Приказом Ректора «ТюмГУ» от 09.10.2017 № 552(1)-1 (далее – «Положение о замещении»).

Касающаяся обоснования моего увольнения формулировка в «Выписке» «считать не избранным по конкурсу» текстуально соответствует формулировке пункта 6.9 «Положения о замещении», где, в частности, указывается, что «в связи с истечением срока трудовой договор прекращается …, если работник не избран по конкурсу на комиссии…». То есть, Комиссией применен пункт 6.9 «Положения о замещении».

Таким образом, по логике предоставленных мне Ответчиком документов:

- во-первых, я не избран по конкурсу на комиссии, и,

- во-вторых, факт неизбрания меня по конкурсу на комиссии является основанием для прекращения заключенного со мной трудового договора в связи с истечением его срока.

 Утверждение «ТюмГУ», что я не избран по конкурсу на комиссии, является необоснованным и незаконным по целому ряду оснований.

  1. О статусе и легитимности состава комиссии как органа, наделенного компетенцией избирать меня по конкурсу.

1-А. Статус (права и обязанности) и правосубъектность комиссии определяются «Положением о комиссии»).

1-Б. Согласно пункту 3.6 «Положения о комиссии», «на заседание комиссии в обязательном порядке приглашается руководитель структурного подразделения, в котором объявлен конкурс на должность научного сотрудника». Именно предоставление руководителю структурного подразделения возможности присутствовать на заседании комиссии делает комиссию полномочной проводить конкурс на должность научного сотрудника данного подразделения. Присутствие приглашенных лиц отражается в протоколе заседания комиссии.

1-В. Как следует из Выписки из протокола № 4, руководитель экспертного научного центра противодействия идеологии экстремизма и терроризма не только не присутствовал 26 марта 2018 года на заседании конкурсной комиссии, в силу чего не указан в протоколе заседания комиссии от 26 марта 2018 года в качестве приглашенного лица, но и не приглашался на заседание комиссии.

1-Г. Таким образом,  руководитель подразделения, в котором объявлен конкурс на должность научного сотрудника, не присутствовал и не приглашался на заседание конкурсной комиссии. Следовательно, комиссия 26 марта 2018 года не являлась субъектом, уполномоченным проводить в порядке пункта 4.6. «Положения о замещении» избрание по конкурсу на должности научных сотрудников в экспертный научный центр противодействия идеологии экстремизма и терроризма, а потому Решение комиссии в отношении Истца, как и увольнение Истца не могут считаться законными.

  1. О действии «Положение о замещении» во времени.

2-А. Как уже указывалось, Комиссией для прекращения трудовых отношений «Ответчика» с Истцом» применен пункт 6.9 «Положения о замещении». Между тем, при принятии Ответчиком такого локального нормативного акта как «Положения о замещении» подразумевалось, что с 2018 календарного года начнется его подготовительное применения, а полное действие - с 2018-2019 учебного года, то есть, с сентября 2018 года.  Это прямо следует из текста многих фрагментов локальных актов.  

2-Б. Так, согласно подпункту «а» пункта 4.8, первым этапом процедуры избрания по конкурсу является объявление конкурсного отбора. Согласно пункту 5.1.1. раздела 5.1 «Объявление конкурса», «Ежегодно, не позднее 30 июня, управлением по работе с персоналом … готовится приказ об окончании сроков трудовых договоров с научными сотрудниками в следующем учебном году». И только в отношении должностей сотрудников, по которым завершается действие срочных договоров, начиная с учебного года, следующего за 30 июня, объявляется конкурс.

2-В. Из взаимосвязанных локальных актоположений, в частности, приведенных в пункте 2-Б настоящего иска, следует, что «Положение о замещении» начинает действовать только применительно к сотрудникам, у которых трудовые договоры заканчиваются в первом ближайшем учебном году после дня «30 июня», который наступит в период действия «Положения о замещении», т.е., в 2018-2019 учебном году. Следовательно, избрание по конкурсу в 2017-1018 учебном году в отношении Истца и других лиц на основании «Положения о замещении» проводиться не могло, поскольку не было выполнено обязательное мероприятие, предусмотренное пунктом 5.1.1, а потому конкурс нельзя считать объявленным. Очевидно, конкурс можно было бы проводить непосредственно основываясь на положениях Приказа Минобрнауки России от 02.09.2015 N 937, однако, этого сделано не было.

2-Г. Исходя из сказанного, Решение комиссии, а, следовательно, и увольнение Истца незаконны.    

  1. О соотношении сроков действия договора Истца с Ответчиком в осуществления процедуры избрания по конкурсу

3-А. Согласно пункту 5.1.2 «Положения о замещении», объявление конкурса происходит на основании служебной записки … руководителя научного подразделения. …  Служебная записка на объявление конкурса подается не позднее чем за 4 месяца до истечения срока трудового договора с работающим научным сотрудником.

3-Б. Согласно части (абзацу) статьи 14 ТК РФ, сроки, исчисляемые месяцами, истекают в соответствующее число последнего месяца срока.

3-В. Считаю, что Ответчику следует представить доказательства того, что сроки, предусмотренные пунктом 5.1.2 «Положения о замещении» были соблюдены. 

  1. Об определении победителя конкурса на замещение должности старшего научного сотрудника

4-А. Согласно пункту 5.2.7 «Положения о замещении», если в конкурсе принимает участие ходя бы один человек, конкурс считается состоявшимся. 

4-Б. Согласно пункту 12 «Порядка проведения конкурса на замещение должностей научных работников», утвержденного Приказом Минобрнауки России от 02.09.2015 N 937, по итогам рассмотрения заявок конкурсная комиссия составляет рейтинг претендентов, … победителем конкурса считается претендент, занявший первое место в рейтинге (далее - победитель). Согласно пункту 5.3.10 «Положения о замещении», победителем конкурса считается претендент, занявший первое место в рейтинге (далее — победитель). Решение комиссии должно включать также указание на претендента, занявшего второе место в рейтинге, в случае если претендентов на должность два и более.

4-В. Исходя из взаимосвязанных положений раздела 5.3 «Рассмотрение кандидатур претендентов на должности научных сотрудников и избрание по конкурсу», а также положений пунктов 3; 4.1; 4.4; 4.8, 6.5, 6.6 и других «Положение о замещении», словосочетания «претендент, избранный по конкурсу», «Лицо, избранное по конкурсу» и «победитель конкурса» являются синонимами.

4-Г. Поскольку я согласно выписке, считаюсь не избранным по конкурсу, значит победителем конкурса являюсь не я, а кто-то другой. Между тем, информации о победителе конкурса (претенденте, избранном по конкурсу), конкурсная комиссия в нарушение пункта 15 «Порядка проведения конкурса на замещение должностей научных работников», утвержденного Приказом Минобрнауки России от 02.09.2015 N 937 нигде не разместила. Следовательно, сложно предположить какое-либо иное разумное суждение, кроме тезиса о том, что победителя конкурса (претендента, избранного по конкурсу) в природе не существует. Косвенно на это указывает и нежелание «Ответчика» выдать мне копию протокола.

4-Д. При таких обстоятельствах победителем конкурса являюсь я, в силу чего мое увольнение незаконно.

  1. Противоречия во внутренних документах Ответчика и несоответствие их федеральным нормативно-правовым актам

5-А. Об этом уже было несколько сказано во вступительной части данных пояснений. Но важность следующих ниже доводов Истца нужно считать чрезвычайно высокой. Поэтому сформулирую их более рельефно.

5-Б. Педагогические претенденты проходят кадровую комиссию, решение которой носит рекомендательный характер, после чего избираются ученым советом. Поэтому раздел 5 «Положения для педагогов» обоснованно называется ПОРЯДОК ИЗБРАНИЯ ПО КОНКУРСУ и включает главу 5.4. - Избрание по конкурсу.

5-В. Научные претенденты проходят конкурсную комиссию, которая сама определяет победителя конкурса по наивысшему рейтингу: «Победителем конкурса считается претендент, занявший первое место в рейтинге (далее - победитель). Решение конкурсной комиссии должно включать указание на претендента, занявшего второе место в рейтинге» (ч. 12 ПОРЯДКА ПРОВЕДЕНИЯ КОНКУРСА НА ЗАМЕЩЕНИЕ ДОЛЖНОСТЕЙ НАУЧНЫХ РАБОТНИКОВ), после чего избрания не требуется. Такой порядок предусмотрен нормативно - Приказ МОН № 937 от 02.09.15. Но, «Положение о замещении» по научным работникам, будучи производным от «Положения для педагогов», также содержит раздел 5 - ПОРЯДОК ИЗБРАНИЯ ПО КОНКУРСУ, но главу 5.4 - Избрание по конкурсу – НЕ ВКЛЮЧАЕТ, поскольку научные работники - по нормативным правовым установлениям - не избираются.

5-Г. То есть, согласно названию раздела 5, избрание должно быть, однако, в связи с отсутствием главы 5.4, процедуры избрания «Положением о замещении», как и Приказом МОН № 937 от 02.09.15, не предусмотрено.

5-Д. «Положение о замещении» готовилось на базе «Положения для педагогов» без качественного вычитывания текста, потому ряд моментов "об избрании" был убран, а ряд - не был убран, а потому был некорректно включен в «Положение о замещении». Это, в частности видно из сравнения названий разделов 5, пункта 4.7, 4.8 и других фрагментов текста обоих положений.. При этом, сама процедура избрания (п. 5.4 «Положения для педагогов») в «Положение о замещении» (как мы уже отметили) не включена, потому как полная незаконность подобного включения очевидна.

5-Е. Как видно, пункт 6.9 «Положения о замещении» содержит то же основание прекращения срочного договора, как и пункт 6.9 «Положения для педагогов», именно, неизбрание, только не Ученым советом, а конкурсной комиссией. При этом, конкурсная комиссия, согласно Приказу МОН № 937 от 02.09.15, не является и не может быть субъектом избрания, а только лишь определяет победителя по заранее известным критериям. То есть, если конкурс состоялся, то обязательно должен быть определен победитель без какого-либо дополнительного избрания, - комиссия лишь констатирует данное обстоятельство. В этом отличие от процедуры по педагогическим работникам.

5-Ж. Следовательно, такое основание увольнения как неизбрание конкурсной комиссией - незаконно. В подтверждение этого нужно сообщить, что руководитель «Экспертного научного центра противодействия идеологии экстремизма и терроризма» Загвязинская О.А. была уверена, что работа Истца в Центре продолжится, так как других претендентов, обладающих аналогичной квалификацией не было. Более того, они неизвестны вообще.

5-З. Приказ МОН своей ч. 4 устанавливает, что «Для проведения конкурса в организации формируется конкурсная комиссия. При этом состав конкурсной комиссии формируется с учетом необходимости исключения возможности конфликта интересов, который мог бы повлиять на принимаемые конкурсной комиссией решения». Но при формировании данной комиссии обозначенное требование выполнено не было. Конфликт интересов необходимо усмотреть в следующем. В частности, один из членов комиссии считает научную деятельность Истца лженаукой, о чем говорил в личных беседах с некоторыми сотрудниками ТюмГУ. Кроме того, данный сотрудник университета неадекватно реагировал на критику Истца того, что ТюмГУ, по оценочному мнению Истца, почти полностью превращен в коммерческое предприятие, единственной целью существования которого является извлечение прибыли. Конфликт интересов, исключающий принятие справедливого решения проявляется и в том, что Истец убежден (и это известно общественности, так как свои убеждения Истец транслирует в процессе политической деятельности), что некоторые основные элементы «программы 5-100», как минимум, вредны для государства в целом, так как направлены на уничтожение образования в России. И такая позиция противоречит взглядам второго из членов комиссии. Таким образом, как минимум, два человека, являвшихся членами комиссии, не могли принять касательно кандидатуры Истца адекватного решения и не имели права входить в комиссию как с точки зрения приказа МОН, так и с моральной точки зрения. Соответственно, комиссия и ее деятельность были не легитимны.

5-И. Приказ МОН своей ч. 4 устанавливает, что «В состав конкурсной комиссии в обязательном порядке включаются руководитель организации, представители выборного органа соответствующей первичной профсоюзной организации, некоммерческих организаций, являющихся получателями и (или) заинтересованными в результатах (продукции) организации, а также ведущие ученые, приглашенные из других организаций, осуществляющих научную, научно-техническую, инновационную деятельность сходного профиля». Данные требования (за исключением участия руководителя организации) выполнены не были. Считаю, что Ответчику следует представить доказательства обратного.

5-К. Исходя из сказанного, Решение комиссии, а, следовательно, и увольнение Истца незаконны.

  1. О дополнительных обстоятельствах

6-А. Учитывая, что сегодня на моей должности никто не работает, а деятельность научного подразделения сворачивается, не исключено, что Ответчик хотел бы сократить штат за счет упразднения части рабочих мест в подразделении, не желая, при этом, следовать процедурам, предусмотренным для соответствующего основания прекращения трудового договора. Для этой цели проводится «лжеконкурс», то есть, конкурс, в котором нет победителей. Это незаконно. При надлежащей процедуре я имел бы право на гарантии, предусмотренные главой 27 ТК РФ.

Согласно пункту 6.3 статьи 29 ГПК РФ, иски о восстановлении трудовых прав могут предъявляться также в суд по месту жительства истца. Согласно статье 391, 392 ТК РФ, непосредственно в судах рассматриваются индивидуальные трудовые споры по заявлениям работника о восстановлении на работе независимо от оснований прекращения трудового договора; работник имеет право обратиться в суд … по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Прошу:

На основании изложенного, руководствуясь приведенными нормами материального права, статьями 131, 132 ГПК РФ, прошу восстановить меня на работе в должности старшего научного сотрудника экспертного научного центра противодействия идеологии экстремизма и терроризма тюменского государственного университета.

Истец  

Тарасевич И.А.

22.04.2018.

 

Комментировать считаю излишним. Для внимательного читателя все и так будет предельно понятно.

А вот далее начались чудеса. Судья Федорова И.И. решила, что я должен был подавать иск по месту нахождения истца! Вот это да! Хотя, я не знаю в гражданском процессе более простой вещи, чем подсудность. Ведь по трудовым спорам  согласно ч. 6.3 ст. 29 ГПК я имею право подавать иск по месту своего жительства.

Конечно мною и добрыми людьми из бесплатной юридической консультации ИГиП ТГУ, моими бывшими студентами, была составлена и направлена в Областной суд жалоба на действия судьи Федоровой И.И. И здесь я впервые за многие годы получил правосудное решение: Областной суд распорядился рассмотреть иск в Калининском суде. Выражаю благодарность тому судье Областного суда, который так отреагировал на нашу жалобу. На это, кстати, мы не надеялись. Но вернул он дело той же судье, хотя мы просили другого состава суда. Теперь при каждой встрече судья задает мне вопрос о том доверяю ли я данному составу суда. Я отвечаю положительно, так как святые отцы учат нас иметь о людях доброе помышление. Всякий раз внутренне убеждаю себя, что проигнорирована норма ч. 6.3 ст. 29 ГПК была случайно. Просто какой-нибудь стажер написал неверную бумагу, а судья была уставшей и не глядя подписала.

Итак, в процессе уже второй раз объявляется перерыв. Сегодня представитель Ответчика вручила мне отзыв на исковое заявление. Вручила без приложений, поэтому даже сейчас я не имею возможности написать возражения на отзыв – мои права в очередной раз существенно ущемлены. Но лейтмотивом отзыва является указание на то, что я не опубликовал ни одной статьи в журналах скопус и вепофсайнс. Напомню, что это требование обязательно для всех в Т«ГУ» (ну, кроме ректора), так как публикации в таких журналах – это основной показатель реализации программы 5-100 (кликните мышкой для перехода по ссылке).

 

Почему меня никогда не опубликуют в "высокорейтинговых" журналах

Напомню/расскажу читателю о том, что такое 5-100.


Но, есть два момента, которые никто не учитывал, так как я всего лишь один из многомиллионной биомассы.

Во-первых, статья на тему: «К вопросу о построении системы уголовно-правовых и криминологических средств обеспечения религиозной безопасности России» была подготовлена уже к началу февраля 2017 года специально для Всероссийского криминологического журнала. При этом были выполнены коррупционные требования журнала: «Редакция рекомендует делать в тексте статьи ссылки на труды ученых БГУ». После отправки в редакцию статьи всякая переписка со стороны журнала со мною была прекращена. Они более не отвечали мне ни на одно письмо. Кроме адреса электронной почты никаких контактных данных на сайте журнала не имеется. Телефонов нет. Кроме того, в июле 2017 года администрация ТюмГУ сообщила через Загвязинскую О.А. (это моя непосредственная начальница), что редакционная политика данного журнала отныне признается сомнительной и публиковаться в нем нельзя. Начался поиск других журналов. Имеется в России на русском языке московский журнал входящий в вепофсайнс, но туда для рассмотрения принимают статьи от 100 тысяч знаком на безупречном английском языке. Выходил на профессуру московскую с просьбой посодействовать в публикации в вышеозначенных «рейтинговых» журналах. Профессора даже не дослушивали меня, заявляя, что «эти журналы чисто коммерческий проект, продай машину и тебя опубликуют хоть в Нью-Йорке. Но при этом попросят самого ничего не писать. Они напишут сами то, что будет соответствовать их интересам. У нас нет и не будет возможности посодействовать в этом вопросе». Напомню моя специальность 12.00.02 – Конституционное право, муниципальное право, конституционный судебный процесс. Таким образом, ситуация с «рейтинговыми международными» журналами зашла в тупик.

Во-вторых, меня никто в таких журналах не опубликует по идеологическим и религиозным соображениям. Дело в том, что меня не публикуют даже в России, так как я выступаю за десатанизацию общества и отстаиваю интересы традиционных религий. Например, статья, в которой я только вскользь упомянул о возрастающей в России проблеме распространения сатанизма пролежала в одном из журналов из списка ВАК уже три года. И ее никто не опубликует, так как такой проблемы как сатанизм просто "не существует". Но страусиная стратегия бывшим комсомольцам не поможет, так как сатанизм только начинает свое шествие по России, а его идеологи очень благодарны господам, спрятавшим головы в песок. Кроме того, что я как конституционалист могу написать для зарубежных партнеров и их журналов (сейчас я о зарубежных журналах)? Я только могу написать (должен), что российское конституционное поле во многом сконструировано для уничтожения России как таковой. Не все нормы носят такой характер, но для этого достаточно нескольких, внедренных в текст Основного закона и они там есть! И меня что опубликуют в каких-то рейтинговых журналах? Мне дадут на мои исследования грант?

 

Реакция на 5-100 нравственно-здоровых профессоров, или как утерли нос депутату

 Тюм«Г»У работала профессор, которая в свое время получила полноценное советское образование. В частности, поэтому она сохранили здоровую нравственность. Когда начали требовать публиковаться в скопуси и вебофсайнс, вступив в 5-100, не спросив согласия на это многотысячного коллектива вуза (это демонстрирует отношение к людям в этом заведении), она написала за полгода 8 штук таких статей!

Как, спросите Вы, такое возможно? Возможно, если писать статьи исторической тематики, черпая базовую информацию из архивов. С одной стороны, не нужно в таких статьях восхвалять либерализм, который привел страну, в частности, к пенсионной реформе, превозносить западные ценности, а с другой -  можно обойтись без публикации в этих антироссийских журналах (если бы они не были хоть в какой-то степени антироссийскими, то не попали бы в вышеуказанные базы - это мое субъективное личное мнение) информации критической для национальной безопасности Родины. Должен заметить, что суждение об исторической тематике я сделал отнюдь не для умаления способностей профессора, ни в коем случае – это очень талантливый человек; я констатировал факт. Повторюсь, я убежден , что целью всех этих вебофсайнсов и скопусов является постановка российского образования под полное западное управление и реализация мероприятий разведывательного характера.

В процессе написания статей доктор наук понесла значительные материальные расходы, которые существенно повлияли на ее семейный бюджет (ведь она же не депутат, не чиновница, не проректор там какой-нибудь – управленец, который ни одной книги не прочитал за свою жизнь). Вследствие чего она пошла к ректору с целью испросить материальной помощи, обозначив понесенные расходы, связанные с поездками по архивам всей страны и всем связанным с этим (гостиницы, питание, проезд и т.д.).

Да, конечно, после публикации таких статей на следующий год вы будете получать какую-то ежемесячную надбавку. Может быть, будете получать, так как по моим личным наблюдением Т«Г»У делает все возможное, чтобы не заплатить автору этих денег. Окажется, вдруг, что журнал был сомнительным, в нем публиковаться было нельзя. Раньше они ссылались на «список Била». Вы представляете какой это идиотизм?! Вся страна была поставлена  в зависимость от какого-то библиотекаря Била, который создал список журналов, которые являлись по его извращенному мнению псевдонаучными. В этот список попали сотни журналов!!!

Видимо, Бил является специалистом в десятках направлений современной науки! Сейчас Бил, побоявшись многочисленных судебных процессов, удалил этот список из Интернета, успев сломать судьбы тысяч российских ученых и преподавателей. Вам может показаться, что такого не может быть? Так ведь пол-России носилось с этим списком по указке чиновников. Что они бедные делают сейчас без этого списка? Так вот, публикуются такие статьи в течение от года до нескольких лет. Получается, что человек понесет материальные и другие затраты, через несколько лет его статью опубликуют и, если до этого времени человека еще не выбросят из Т«Г»У, то на следующий год после публикации ему будут платить какие-то деньги ежемесячно в течение одного года. Заметим, что все восемь статей были к этому времени приняты к публикации.

И как же отреагировал ректор? На личном приеме он начал ее оскорблять! При этом, по моему мнению, он, возможно, даже не понимал, то это было для уважаемого профессора оскорбление в высшей степени. Я допускаю, что в родной деревне ректора так было принято общаться с односельчанами. Многократно я отмечал специфический тон ректора и манеры обращения с людьми, которые вызвали бы удивление даже у деревенских скотников. В тех случаях, которым я был свидетелем, он не стеснялся высокомерно и грубо обращаться с представителями научно-преподавательского состава. Но в тоже время с высокопоставленными чиновниками он вел себя совсем иначе. Помню как он подобострастно сопровождал одного из них, держась за ручку, расплываясь в сладчайшей улыбке и простираясь своим ртом к его уху, нашептывая при этом что-то очень приятное. Я наблюдал это лично, могу назвать имя чиновника, место и время. Грубое поведение, которое иногда демонстрировал ректор (чему я был свидетелем) в отношение подчиненных и просто людей, которых этот менеджер считает стоящими на более низкой социальной ступени, невозможно бы было в отношение деревенских трактористов и скотников, так как оно сразу же привело бы к ответной реакции, выраженной в повышенной физической активности с демонстрацией навыков воспитания, которые обычно применяются в обществах характеризующихся высокой концентрацией злых мужиков на единицу площади. И я знаю, что пишу, так как значительную часть своей жизни я прожил в деревне!

Оскорбления ректора в адрес профессора выражались в следующем. Он заявил ей в лицо, что не верит в то, что она могла написать столько статей. Он глядя ей в глаза, говорил, что она не могла этого сделать, так как не ездила за границу на специальные курсы по написанию этих самых статей. Вы представляете, как слышать такое доктору наук, профессору?!  Это крайнее унижение советской и российской науки, крайнее унижение интеллигентного человека. В конце унизительной для профессора «беседы», ректор отказал во всякой материальной помощи.

По моему оценочному, субъективному мнению, часть руководства Т«Г»У испытывает неприязнь к докторам наук (заявления, что «университету» не нужны доктора наук, а нужны ПиЭчДи звучали неоднократно) и к интеллигенции в целом, так как последние не могут ответь на оскорбление также, как скотники и трактористы, о которых я писал выше. Мое мнение также заключается в том, что такое отношение к людям способствует продвижению того или иного функционера по служебной лестнице, и все потому, что во многом вертикаль власти в России состоит из людей, обладающих подобным менталитетом.

В чем же выразился высокий нравственный уровень профессора? Она сохранила свое достоинство, а это свидетельство нравственности. Не стала его умолять, а просто пошла и отозвала все уже принятые к публикации восемь статей. При этом, она не скрывала того, что сделала это для указания ректору его места.

 

Что я делал в Центре

Дальше я кратко сообщаю об основных вехах своей работы в Центре до момента увольнения, о чем можно прочесть здесь (выношу на отельную страницу, так как текст итак уже достаточно велик)...

Кроме того, на момент увольнения у меня было около 80 опубликованных научных работ, среди которых есть и учебники, и монографии (и на иностранных языках). У кого, интересно, из лжекомиссии, которая меня "не выбрала" есть столько? Ну может у одного из них есть, так как в той области, ценность которой для науки вообще, как мне представляется, несколько преувеличивается (мягко говоря), не пишет никто. Писать по той теме можно хоть каждый день по статье - специализированные журналы/журнал будут публиковать все - ведь нужно же хоть что-то публиковать в них. Так какое право они имели рассматривать мою научную деятельность и оценивать ее?! Кто из комиссаров имеет хотя бы удовлетворительные познания в моей области?
И опять мне хочется перейти к программе 5-100, которая поставила точку в существовании ТюмГУ, и среди кураторов которой в высших эшелонах власти я не вижу друзей моей Родины, и это как минимум. Некоторые персонажи, по моему оценочному суждению, вообще страдают психическими расстройствами. Так вот само высшее руководство "университета" (даже при Чеботареве Г.Н. он еще был без кавычек) в приватных беседах объясняло мне вступление в 5-100 как единственную возможность избежать фактической ликвидации университета, а, по моему мнению, избежать потерю комфортабельных кабинетов и огромных зарплат (когда я был ваковским доцентом на должности доцента, то получал на протяжении многих лет без всякой индексации 27 т.р. на руки, и ни разу я не получал премии за весь период моей работы там с 2002 года за исключением пары тысяч за очередное написание УМК в соответствии с очередным плюсом). Поясню здесь. Вот пример абсурдности установившейся "системы" ("система" без кавычек - это уже достижение, но ее нет сейчас). Не менее одного раза в год приходит сверху на все кафедры распоряжение переписать ВСЕ учебно-методические комплексы по ВСЕМ предметам. Причем требования предъявляются максимально отличающиеся от предыдущих. Но менять поколение УМК можно только один раз в несколько лет. А как тогда загружать бесполезной, абсурдной колоссальной по объему работой преподавателей? Выход был найден. Не стали менять номер поколения УМК, а просто к нему стали добавлять плюс. Это как с русскими истребителями: нету пятого поколения, ну и что? Будет 4+, потом 4++ и т.д. На момент прекращения мною занятий этой чушью, которая просто унизительна, не говоря уже о ее бесплодности очередное поколение насчитывало три плюса что ли. И ведь придумывали требования, чтобы приходилось переделывать все УМК, да еще и раздувая его в размерах. Одни карты компетенций чего стоят. Что в них пишут, вы как-нибудь почитайте. Психиатр после чтения иных из этих карт компетенций сам себе галоперидол вколол бы прямо в сонную артерию.
 

Как создавался Центр по противодействию не понятно чему

Центр планировался как серьезная институция, в рамках которой была возможной консолидация имеющихся в тюменской области экспертов, способных к практическим шагам, в частности, по купированию усилий структур, действующих под эгидой международных групп согласования и управления, чья деятельность направлена на расшатывание российского общества путем провоцирования межнациональных и межрелигиозных конфликтов. На такую деятельность со стороны упомянутых структур выделяются колоссальные средства, позволившие создать на территории тюменской области разветвленную и эффективную сеть агентов влияния. ректор бывшего тюменского госуниверситета (по моему субъективному и оценочному мнению, сейчас это уже не государственная структура, во многом частная, преследующая исключительно цели обогащения высшего менеджмента [напомню, что после вступления в программу 5-100 была изменена и организационно-правовая форма данного юридического лица]) обещал, что я буду директором Центра противодействия идеологии экстремизма и терроризма. Но после того, как решения по присвоению мне ученой степени доктора юридических наук было незаконно отменено (как минимум не без влияния адептов международных групп согласования и управления) он заявил, что "так вот же... он же не доктор наук, теперь мы не можем поставить его на этот пост"...  Я не буду комментировать такое поведение ректора, надеюсь, что читатель сам даст ему справедливую оценку.

 

Как я ездил на Президиум ВАК

Касательно преступления, которое совершили государственные органы, незаконно лишив меня ученой степени опишу следующее. Меня вызвали на заседание Президиума ВАК в январе 2016 года. Забегая вперед, сообщаю, что на этом заседании Председатель Президиума не усмотрел оснований лишения меня ученой степени. Не было их и позже... С нарушением законодательства и здравого смысла это решение было принято в период летних отпусков, из под тишка. Так вот, когда я и еще десятки потенциальных кандидатов и докторов наук толпились на этаже, где находится «судный зал» (там со всей страны было собрано человек сто. при наличие, примерно, мест десяти, на которые можно было присесть; люди в период экзекуции занимали очередь для того, чтобы присесть на несколько минут!!!!!!) мне показалось, что в этой душной и шумной (просто люди стояли впритирку друг ко другу [вспоминается повествование Быстролетова о сталинских лагерях... а почему вспоминается, сам не пойму...]) толпе кто-то называет мою фамилию.

Кстати, расскажу еще вот о чем. Возле зала, где заседал Президиум, был небольшой закуток с множеством высоких пластиковых стульев, установленных  перед компьютерами. Многие люди разместились там. Но через некоторое время из зала, где проходило заседание вышел распорядитель и всех оттуда изгнал, как школьников, чтобы не мешали. Чем они и кому мешали, осталось неясным. Заставили освободить весь боковой коридор до самых «Золотых ворот». Всех согнали в центр здания к лестничному пролету, где люди (многие уже очень и очень не молодые) жались друг к другу (опять вспоминается Быстролетов). Так, относятся к людям, которые защитили докторские и кандидатские диссертации, что уже говорить о простом народе…

Еще я стал свидетелем разговора двух людей, которые стояли у «Золотых ворот». Один из них, недавно защитивший докторскую рассказывал об общении со своим бразильским коллегой. Он спросил бразильца о том, как в его стране проходят процедуры борьбы за ученые степени. «Также ли у них приходится уже после успешной защиты снова и снова доказывать в разных местах, что ты не верблюд?» Выяснилось, что в Бразилии такого и близко нет, все проходит проще по-человечески. Бразилец был просто в шоке от российской системы.

В дозволенном для нахождения пространстве вокруг лестничных пролетев в середине здания МОН, сидели на "табуретке" (вдвоем - подошла их очередь) девочки с Дальнего Востока, которые должны были ответить как они написали свои диссертации по экономике. И вот я попросил этих девочек на секундочку умолкнуть на предмет эффективности афобазола, которым они закидывались горстями (он не помогал и я отнюдь не смеюсь над этим), чтобы я мог прислушаться к толпе. Они смеются: "Это у Вас от издевательств московских чиновников начались слуховые галлюцинации!". Я пошел на голос и вышел на очень и очень пожилую женщину, как я потом выяснил, чиновницу. Она спросил: "Иван Анатольевич, это Вы?". Я ответил утвердительно. Она мягко и очень интеллигентно пригласила меня проследовать за ней в один из боковых коридоров. Углубившись в него метров на 15, мы остановились. Она представилась и сказала, что все они в ВАКе понимают, что претензии к моей диссертации носят исключительно идеологический характер, но они всего лишь чиновники и потому сделать ничего не могут.

Женщина поведала мне, кто и какие вопросы будет задавать... но мне все равно не дали на них ответить... Спасибо этому человеку, который пытался мне помочь... не мне... Родине.

После этого я поднялся этажом выше, где сидел ГН. Рассказал ему о случившейся только что встрече. Он сразу же провозгласил, что, мол, вот «я же там встречался с большими людьми, вот и результат». Я не стал его разубеждать в этом, хотя четко знал, что к его усилиям это не имело никакого отношения. Это была просто настоящая русская православная женщина, которая по заву своего сердца пыталась мне хоть как-то помочь. Я знал это точно.

Просидел я в ожидании приглашения в Президиум часа три-четыре. Потом нас с ГН впустили внутрь. Первый вопрос был именно ему. Филиппов В.М. обратился к ГН и спросил, как так вышло, что в Совете против диссертации проголосовали 6 членов из 19? ГН вскочил со стула и сказал, что это объясняется тем, что в процессе защиты спор зашел в идеологическое русло.

Потом меня спросили о научной новизне. Спросил член ВАК со смазанными маслом волосами (так мне показалось, они были просто вкатаны в голову и блестели в свете лампочек – я решил, что это может быть только масло) с фамилией на букву «Г». Я начал излагать новизну, но он также высокомерно и почеркнуто грубо оборвал меня чрез несколько секунд. А в тоже самое время Филиппов В.М. задал следующий вопрос, касающийся того, зачем я в диссертации обидел атеистов. Еще минуты три обсуждались эти самые «оскорбления» и потом нас удалили в коридор. Минут через пять запустили вновь. ГН сразу же уселся на одно из трех резных кресел, стоящих чуть поодаль от стола, за которым сидело множество народа, составляющего Президиум. Я же остался стоять возле этих кресел. Филиппов В.М. объявил, что ученую степень у меня никто не отнимает, а «исследование диссертации продолжится».

И здесь я хочу изложить еще одну особенность, которая определяет получите Вы в России ученую степень или нет. Кроме наличия денег и связей вы должны обладать еще одной особенностью. Умом? Нет! Вы должны быть клоуном. Вы должны в ответ на любой вопрос устраивать шоу. Вы можете при этом нести любую чушь, только делайте это с улыбкой, строча как из пулемета – главное, произвести положительное впечатление на диссовет или Вак. Если у Вас язык не подвешен и вы не обладаете искусством производить впечатление, то вы ничего не получите. Без этих клоунских качеств вы хоть машину времени изобретите, останетесь никем. Но, настоящие ученые не клоуны. Ученый и клоун – это скорее взаимоисключающие вещи. В такой системе, например, какому-нибудь Григорию Перельману не светит ничего. Ему просто ничего не дадут сказать. Вот он и молчит, именно поэтому. Он решил не метать бисера…но и западным (да и восточным) сатанистам отдавать нечего не желает. Думаю, что он по-настоящему любит Россию.

Научное знание – это дар, который дается только достойному человеку. Настоящие ученые – это чрезвычайно тонкие и ранимые люди. Только такой в высшей степени совестливый и сокровенный человек может в себе вместить струны, на которых может сыграть Вечность. Априори это ни хам и ни клоун, ни карьерист, шагающий по трупам, ни эффективный менеджер и ни завистник. А значит, в современной нам России наука НЕВОЗМОЖНА! По крайне мере мне такие места в России не известны, в которых мог бы творить настоящий ученый. Везде его будут унижать, грабить, считать неудачником и лузером, присваивать себе его достижения (если смогут разобраться в них), да еще какие-нибудь спортсмены на цепь посадят, чтобы писал отчеты для них.

 

Замечания на протокол 

Итак, естественно, первая инстанция в деле о незаконном увольнении была проиграна. Ведь если одна часть дома пойдет на другой, то дом завалится... 

В Калининский районный суд города Тюмени

Дело № 2-3411/2018

Судья – Федорова И.И.

Гражданское дело по иску Тарасевича И.А. к ФГАОУ ВО

«Тюменский государственный университет» о восстановлении на работе.

Замечания на протокол судебного заседания

по делу 2-3411/2018, протокол изготовлен и подписан

06 августа 2018 года.

Согласно статье 231 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, их представители вправе ознакомиться с протоколом и в течение пяти дней со дня его подписания подать в письменной форме замечания на протокол с указанием на допущенные в нем неточности и (или) на его неполноту.

Последним днем представления замечаний на подписанный06 августа 2018 года Протокол судебного заседания по делу 2-3411/2018 (далее по тексту – «Протокол») в соответствии с пунктом 2 статьи 108 ГПК РФ является 11 августа 2018 года (через почтовое отправление) или 13 августа 2018 года (в канцелярию суда).  

***

Прошу учесть, что в протоколе некорректно отражены следующие обстоятельства. Прошу учесть, что в протоколе некорректно отражены следующие обстоятельства. 

1. В «Протоколе» не указано, что в судебном заседании 31 июля 2018 года я подробно изложил причину подачи в канцелярию суда утром 31 июля 2018 года ходатайства об отложении судебного заседания, зачитал ходатайство вслух. Сделал особый акцент на том, что я не получил от Ответчика документов - приложений к возражению Ответчика (ответчик свои возражения оформил в виде отзыва), то есть не получил доказательств, на которых Ответчик основывает свои доводы, не видел этих приложений и ранее не знакомился с ними. Указал, что фактически не выполнены задачи стадии подготовки дела к судебному разбирательству. Несмотря на  это, ходатайство с отметкой канцелярии суда без какой либо оценки судом моего обоснования было мне возвращено, после чего я повторно указал, что приложений к возражениям Ответчика на мой иск не видел.

2. В «Протоколе» не указано, что в судебном заседании 31 июля 2018 года я уличил во лжи представителя Ответчика, поскольку она ввела суд в  заблуждение заверениями о том, что, якобы, все приложения к возражениям (отзыву) на иск, которых у меня нет, были вручены мне 30 июля 2018 года. 

Пояснение. На самом деле, он 30 июня 2018 года вручила мне только текст возражений, указав, что все приложения к возражениям мне ранее вручались. Суд 30 июля 2018 года мне никаких документов не вручал. Когда я ознакомился с возражениями, то выяснил, что большей части приложений к возражениям (отзыву) у меня нет, и вручены мне они вместе с текстом отзыва не были. В «Протоколе» не отражен факт моих неоднократных возражений против приобщения к материалам дела приложений к возражениям, врученным мне 30 июня 2018 года представителем Ответчика, на что ни судья, ни прокурор никак не отреагировали. По этому поводу я неоднократно заявлял о том, что мои права этим нарушаются – это также не нашло отражения в «Протоколе».

3. В «Протоколе» не отражено, что обосновывая надлежащее исполнение своих трудовых обязанностей, я, в частности, указывал, что всё свое рабочее время занимался тем, что добросовестно, действуя в контексте функционирования «Центра», выполнял все распоряжения руководителя своего подразделения («Центра») Загвязинской О.А., что с ее стороны ко мне никогда никаких претензий не было. Она, в частности, высоко оценила мою работу на заседании кадровой комиссии 5 марта 2018 года, протокол № 3. Кроме того, в судебном заседании 31 июля 2018 года я указывал, что Загвязинской О.А. неоднократно настаивала на том, чтобы я участвовал в конкурсе и даже ссылалась но то, что это желает ректор.

4. В «Протоколе» не отражено, что я указывал на факт отсутствия на заседании кадровой комиссии какой-либо информации о положительной оценке качества моей работы  со стороны  заказчиков выполненной мной работы из силовых структур и правоохранительных органов, и на факт отказа комиссии от приглашения на ее заседание соответствующих представителей, что противоречит Приказу МОН № 937 от 02.09.15. 

5. В «Протоколе» не отражены мои пояснения, что между мной и ректором ТюмГУ Фальковым В.Н. была договоренность о том, что если я, работая в научном подразделении (в «Центре»), захочу зарабатывать больше денег, то смогу публиковаться в зарубежных журналах. То есть, публикации в зарубежных журналах ставились в зависимость от моей инициативы, но не были обязательными. Также в «Протоколе» не отражено пояснение, что моя работа по договоренности с ректором предусматривала написание поздравлений для и в адрес представителей  иерархии Русской православной церкви (Московский Патриархат) от имени Ответчика, что я и делал. Также я пояснял, что такая договоренность с ректором имела места по причине того, что, по его же словам, «в университете нет людей, способных на это», я же могу выполнять такие задания, так как являюсь выпускником Тобольской духовной семинарии и клириком РПЦ.

И вот здесь в качестве пояснения я привожу соответствующие поздравления (это ссылка, нужно кликнуть по ней, чтобы прочитать поздрвления в адрес чиновников епископов) и другие материалы, которые создавал для господина ректора вне рамок трудовых обязанностей. Самого меня ректор поздравил в этом году с Пасхой Христовой тем, что в страстной понедельник лишил работы с больной супругой и больными же детьми.

Вот, что я писал ректору 19 апреля 2017 года:

Доброе время суток, Валерий Николаевич! Сердечно поздравляю с  Праздником Светлого Воскресения Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа!  В эти светлые дни опять обращаюсь к тебе за помощью. Причины прежние: Супруге несколько лет назад сделали операцию -удалили часть легкого, так как у нее туберкулез. В нашем климате ей очень тяжело. Врачи настоятельно рекомендуют хотя бы раз в год ездить на Юг, на море (прилагаю соответствующую медицинскую справку, подписанную медицинским консультантов митрополита Димитрия к.мед.н.Д.Н. Дурыгиным). У старшего сына сохраняется опасность развития астмы, врачи рекомендуют тоже самое - Юг. В очередной раз нужно отправлять их на все лето в Крым. Естественно, нужны средства, которых нет и взять их пока негде. Ситуация усугубляется тем, что в Крыму в съемной жилье постоянно находятся теща и старший брать супруги, страдающий ДЦП. Он совсем плох и поддерживает его только крымский климат (в Крыму прошло его детство). На их содержание также уходят семейные средства. Кроме того, мы предпринимаем отчаянные попытки хоть что-то скопить на первый взнос по ипотеке. Но пока безрезультатно. Ипотеку брать нужно, так как в Тюмени мы живем в тещеной квартире, которую нужно было бы продать и приобрести какое-то жилье в Крыму для тещи и старшего брата супруги. В общем ситуация очень сложная. Если ты сочтешь возможным, то я бы написал заявление на мат. помощь, на 50 - 60 тысяч. Заранее благодарю за любой ответ по этому поводу. Христос Воскресе!

Ответа не последовало никакого! Может не дошло письмо? Нет, и до этого и после он отвечал на письма. Как такое отношение к людям со стороны человека, который, на сколько мне известно, в месяц получает сотни тысячь рублей, можно назвать? А ведь я с ним на одной кафедре проработал с 2002 года (до 2005 года я формально был прикреплен к кафедре ТГП, но фактически, моей кафедрой была та, которую возглавлял Чеботарев Г.Н.). Когда ректор переводил меня в центр по противодействию экстремизму, он поинтересовался, а сколько же получает доцент. Я ответил, что на руки 27 т.р. "Даааа... на такие деньги не разбежишься", - ответил ректор.

6. На странице 6  «Протокола» мои утверждения отражены некорректно.  Я однозначно, как это ошибочно отражено в Протоколе, не утверждал, что на продемонстрированных мне в судебном заседании 31 июля 2018 года представителем Ответчика копиях документов подписи принадлежат мне. Я лишь сказал, что могу говорить о принадлежности мне этих подписей с некоторой долей вероятности.

7. На странице 7  «Протокола»,  видимо, идет речь, о неадекватно отраженной в «Протоколе»  группе моих вопросов, связанных с конкурсным отбором. Среди них вопросы. Почему я вообще был допущен к конкурсу, а вот, например, ..., тоже ученый, но филолог, допущен не был; ведь документы ... тоже были приняты, но на конкурсе не рассматривались; значит ли это, что чьи-то документы принимают к конкурсу, а чьи-то нет; значит ли это, что ответчик вводит участников процесса в заблуждение, когда говорит о том, что ТюмГУ рассматривает на конкурсе любые заявки на участие и не имеем права их не рассматривать и т.п.

8. В «Протоколе» не нашел отражения мой вопрос Ответчику о том, почему некий ... из Тобольска работает научным сотрудником и прошёл в июне конкурс, не имея публикаций в «высокорейтинговых журналах» (Scopus, Web of Science). На заданный вопрос судья заявила, что вопрос снимается. Не нашел отражения в Протоколе и заданный после вопросов о ... вопрос про .... Вопрос опять был снят судьей.

9. В «Протоколе» не отражено мое заявления, сделанное в судебное заседание 31 июля 2018 года после стадии исследования судом доказательств. Оно заключалось в том, что я категорически возражал против приобщения к материалам дела некоего рейтинга-листа претендента по причине недопустимости такого «доказательства». Причины недопустимости я указал: среди документов истребованных мною у Ответчика посредством заявлений от 9 и 18 апреля 2018 и в последствие переданных мне никакого рейтинга-листа не присутствовало, а значит можно предполагать более позднюю фальсификацию данного рейтинга-листа. Я заявлял в заседании, что о существовании указанного рейтинга-листа узнал только в момент исследования судом доказательств. Суд и прокурор на мои заявления никак не отреагировали. Подчеркиваю, что все эти обстоятельства не нашли отражения в «Протоколе».

10. В «Протоколе» не нашли отражения мои акцентированные комментарии по важнейшим положениям искового заявления. В частности, вообще без внимания в «Протоколе» оставлены пояснения о том, что если в рейтинг-листе указан я как единственный участник, я автоматически становлюсь победителем конкурса с безусловным правом на возобновление трудового договора. Без внимания в «Протоколе» оставлено то, что мною устно подробно излагались и пояснялись части 3, 1, 2 (именно в таком порядке) Дополнений к исковому заявлению о восстановлении на работе от 17.07.2018 года.

* * *

Согласно пункту 1 статьи 232 ГПК РФ, замечания на протокол рассматривает подписавший его судья - председательствующий в судебном заседании, который в случае согласия с замечаниями удостоверяет их правильность, а при несогласии с ними выносит мотивированное определение об их полном или частичном отклонении. Замечания приобщаются к делу во всяком случае. Согласно пункту 2 статьи 232 ГПК РФ, замечания на протокол должны быть рассмотрены в течение пяти дней со дня их подачи.

* * *

Прошу исполнить обязанность, предусмотренную статьей 232 ГПК РФ в надлежащие сроки, чтобы результат рассмотрения протокола Истец мог учитывать при подаче апелляционной жалобы.


10.08.2018 _________________ Тарасевич И.А.

Продолжение следует.

 

Меня уволили из Тюм”Г”У за то, что я русский ученый и национал патриот

Сегодня я публикую документ, ради которого одного стоило затевать судебный процесс. Это рейтинг претендента, на основании которого мен и оставили без работы. Документ, по моему оценочному и субъективному мнению, был сфальсифицирован. Это подделка по нескольким обстоятельствам. Во-первых, я неоднократно требовал предоставить мне все документы, на основании которых я был уволен, но этого документа мне никто не выдавал, а, значит, его и не было. Он никем не подписан. Он не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Но, дело даже не в этом. Если на ранних стадиях процесса Т«Г»У настаивал на том, что я остался без работы, так как окончился срочный трудовой договор, то позднее уже не стал об этом и поминать, так как был изобличен во лжи. Теперь правда открылась, «университет» уволил меня за то, что я не знаю языка оккупантов (английского) и не печатаюсь в подконтрольных им же (оккупантам) журналах (я писал здесь, почему меня там не опубликуют); за то, что я не выигрываю грантов, которые организуют они же для пропаганды содомии, русофобии и западных "ценностей", которые во многом базируются на оккультизме и открытом сатанизме. Кроме того, я потерял работу, так как не езжу к содомитам на стажировки. Так за что меня уволили?! Ответ для меня очевиден: за то, что я русский ученый и национал патриот. При чем здесь национал патриотизм? Напомню, что меня изо всех сил старались уволить именно 30 числа, а ведь 30 марта был последним днем действия удостоверения доверенного лица кандидата в Президенты России Сергея Николаевича Бабурина, выданное мне ЦИК России. Так вот, Сергей Николаевич является одним из идеологов национально патриотических сил России. Странное совпадение... Он глубоко верующий православный человек, а ведь Фальков тоже позиционирует себя православным. Фальков очень любит местного митрополита, например. Так вот потом так называемой кадровой службе пришлось переписывать мою трудовую, так как не имели права увольнять меня 30 числом, да и вообще.

Пока суды РФ отстаивают интересы моих врагов, поименованных выше. Так происходит сейчас касательно иска о незаконном увольнении меня, так происходило и тогда, когда я в суде пытался защитить свое право на получение диплома доктора юридических наук.

Кстати, кто же мои враги? Здесь нужно говорить о собственно врагах и об инструменте этих врагов. Они мои враги, так как они враги России и всего русского. А именно ради этих вещей я живу и действую с тех пор, когда первый раз переступил через порог православного храма. Так вот, врагов называет А.И. Фурсов, а инструмент называет Э.Д. Ходос и другие честные исследователи.

Итак, основание для увольнения я привожу ниже.

Загрузка ...

Поясню, что я не мог получить все нули в таблице, так как и с английским у меня не хуже, чем у членов лжекомиссии, и потому, что руководитель структурного подразделения О.А. Загвязинская настаивала, чтобы я участвовав в конкурсе и продолжил работать в Центре. Соответственно, она не могла оценить меня на ноль.

Далее привожу апелляционную жалобу:

 В Калининский районный суд

Адрес: 652038, г. Тюмень, ул. 8 Марта, д. 1

Судья Федорова И.И.

Дело № 2-3411/2018 ~ М-3775/2018

 

Для направления в апелляционный суд

 

Истец: Тарасевич Иван Анатольевич,

проживает: ... почта: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 Ответчик: ФГАОУ ВПО «Тюменский государственный университет»,
расположен 625003, Тюмень, улица Володарского, д.6, телефон: +7 (3452)-59-74-44, эл. почта: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Госпошлиной не облагается

 

Апелляционная жалоба

На Решение Калининского районного суда города Тюмени от 31 июля 2017 года по делу 2-3411/2018 (изготовлено в полном объеме 03.08.18)

 1. В абзаце 7 с.4 обжалуемого решения суда, в частности, указывается, что, «… занимаемая истцом должность является выборной …», «… работник может быть назначенным на эту должность при условии избрания по конкурсу …», «… истец по заключению конкурсной комиссии … считается не избранным по конкурсу…», «…  расторжение трудового договора … является правомерным».
 1-1. Если предположить, что вывод суда о выборности занимаемой истцом должности соответствует действующему законодательству, то последующая логика суда безупречна.
1-2. Между тем, вывод суда о выборности «занимаемой истцом должности» не соответствует действующему законодательству. Здесь судом допущено  неправильное применение норм материального права (подпункт 4 пункта 1 статьи 330 ГК РФ), являющееся основанием для отмены обжалуемого Решения суда в апелляционном порядке. Более того, данный вывод суда сам по себе указывает на существенные нарушения норм материального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, что является основанием для отмены судебных актов в кассационном порядке (статья 387 ГПК РФ), если доводы  апеллятора будут проигнорированы апелляционным судом.
 1-3. Так, вывод о «выборности должности истца» суд на с.3-4 обжалуемого Решения обосновал   локальным нормативным актом Ответчика – «Положением о порядке замещения должностей научных работников в ФГАОУ ВО «Тюменский государственный университет», утвержденным Приказом № 552(1)-1 от 09.10.2017 (далее – «Локальный акт»).

1-4. Вместе с тем, суд не учел, что «Локальный акт» в части установления выборности должности истца прямо противоречит нормативному правовому акту - приказу Министерства образования и науки Российской Федерации от 02.09.2015 № 937 «Об утверждении перечня должностей научных работников, подлежащих замещению по конкурсу, и порядка проведения указанного конкурса» (далее – «Приказ»).

1-5. «Приказом» предусмотрено замещение должности истца по конкурсу, при этом выборность должности истца (старший научный сотрудник) «Приказом» не предусмотрена.

1-6. Так, согласно части 4 пункта 12 Приложения 2 к «Приказу», победителем конкурса - без какой-либо дополнительной процедуры выборов - считается претендент, занявший первое место в рейтинге (далее - победитель).

1-7. При таких обстоятельствах истец как единственный участник конкурса автоматически становится его победителем с продлением действия трудового договора и отсутствием оснований для увольнения.

1-8. Тем самым, «Локальным актом», установившим выборность должности Истца, неосновательно введены дополнительные ограничения трудовых прав истца, ухудшающие его положение по сравнению с трудовым законодательством.

1-9. Согласно части 4 статьи 8 Трудового кодекса, нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, не подлежат применению. В таких случаях применяются трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права.

1-10. Поэтому «Локальный акт» применению не подлежат, а применяться должен «Приказ».

1-11. Из совокупности положений «Приказа» и фактических обстоятельств следует, что материально-правовые основания для увольнения истца отсутствовали, в силу чего обжалуемое Решение подлежит отмене, а иск удовлетворению.

 2. При рассмотрении дела судом допущены нарушения норм материального права при определении правосубъектности конкурсной комиссии ответчика.

2-1. Приказом ответчика от 09.10.2017 № 551(1)- 1 утверждено Положения о конкурсной комиссии ФГАОУ ВО «Тюменский государственный университет», далее – «Положение о комиссии».

2-2. Статус (права и обязанности) и правосубъектность комиссии определяются «Положением о комиссии».

2-3. Согласно пункту 3.6 «Положения о комиссии», «на заседание комиссии в обязательном порядке приглашается руководитель структурного подразделения, в котором объявлен конкурс на должность научного сотрудника». Именно присутствие руководителя структурного подразделения на заседании комиссии делает комиссию полномочной проводить конкурс на должность научного сотрудника данного подразделения.

2-4. Из материалов дела следует, что руководитель подразделения, где работал истец, не присутствовал 26 марта 2018 года на заседании конкурсной комиссии.

2-5. Поскольку материалами дела установлен факт отсутствия на заседании комиссии руководителя подразделения, в котором объявлен конкурс на должность научного сотрудника, то 26 марта 2018 года комиссия не являлась субъектом, уполномоченным проводить в порядке пункта 4.6. «Положения о замещении» избрание по конкурсу на должности научных сотрудников экспертного научного центра противодействия идеологии экстремизма и терроризма, а потому Решение комиссии в отношении Истца, как и увольнение Истца, являются незаконными.

2-6. Тем самым, судом нарушены положения ст. 8 ТК РФ, согласно которой права и обязанности работников и работодателей регулируются локальными нормативными актами, а судом не учтены положения пункта 3.6 «Положения о комиссии». Здесь судом допущено  неправильное применение норм материального права (подпункт 4 пункта 1 статьи 330 ГК РФ), являющееся основанием для отмены обжалуемого Решения суда в апелляционном порядке.

 3. При рассмотрении дела допущены множественные нарушения норм процессуального права и иные нарушения, являющиеся основаниями для отмены решения.
 3-1. Истец считает существенным нарушением своих прав то, что суд на этапе исследования доказательств не озвучил содержание рейтинга-листа претендента, который истец впервые увидел 06 августа 2018 года (по причинам, изложенным в п. 2-5). Если бы судом или ответчиком в судебном заседании было озвучено, что в рейтинге-листе истца во всех графах стоят нули, то истец мог бы возразить, что такого положения вещей быть не могло. 

3-1.1. В частности, как оказалось, в рейтинге-листе ноль проставлен в графе "оценка руководителя", тогда как это противоречит протоколу заседания комиссии № 3 от 05 марта 2018 года, где непосредственный руководитель давала работе истца высокую оценку, защищала истца перед комиссией, говоря, что истец занимается экспертной и научной деятельностью.

3-1.2. Также истец мог бы сообщить суду, что его непосредственный руководитель - Загвязинская О.А. - неоднократно настаивала на том, чтобы истец участвовал в конкурсе, будучи уверенной, что истец будет победителем в нем. Со слов Загвязинской О.А., ректор Фальков В.Н. также настаивал, чтобы я участвовал в конкурсе.

3-1.3. Таким образом, в рейтинг-листе должен был стоять хотя бы один балл, что не было учтено судом при оценке доказательств, в силу чего суд не мог прийти к адекватным выводам в данной части (абзац 4 с.4 Решения).

3-1.4. В данном случае судом допущены неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, а также недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, что в соответствии с подпунктами 1,2 пункта 1 статьи 330 ГПК РФ может являться основанием для отмены судебного акта.

3-2. Если бы суд озвучил содержание рейтинга-листа претендента, истец мог бы задать ответчику ряд вопросов.

3-2.1. Почему рейтинг-лист не был обнародован в законодательно предусмотренные сроки? Ответчиком не представлено доказательств того, что лист был обнародован согласно предусмотренной процедуре в установленные для этого сроки.

3-2.2. Почему ни при увольнении истца, ни позже рейтинг-лист истцу ответчиком вручен не был, хотя истец дважды запрашивал у ответчика все документы, касающиеся увольнения?

3-2.3. Следовательно, в апреле 2018 года, когда истцом у ответчика запрашивались документы, рейтинг-листа «в природе» не существовало. Поэтому, вероятнее всего, рейтинг-лист изготовлен гораздо позже увольнения Истца, а потому как доказательство, подтверждающее позицию ответчика, ничтожен.

3-2-3. В данном случае судом допущено несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 330 ГПК РФ может являться основанием для отмены судебного акта.

3-3. Следует обратить внимание на то, что рейтинг-лист имеющийся в деле, не имеет никаких подписей. Также следует подчеркнуть и повторить, что положительная оценка деятельности Истца со стороны руководителя подразделения означает, что рейтинг-лист должен был содержать хотя бы один балл. Это значило бы, что истец выиграл конкурс не только как единственный допущенный к конкурсу участник, но и выиграл конкурс с положительным результатом.

3-3.1. Если бы права истца не были нарушены, и истец получил бы своевременно «доказательства» со стороны Ответчика (в частности, рейтинг-лист), то обратил бы внимание суда на нули во всех без исключения графах, что в данном случае указывало бы на формальный характер рейтинг-листа и позволило бы суду критически оценить данное доказательство.

3-3.2. Следует еще раз акцентировать внимание на том, что рейтинг-лист «появился» только 31 июля 2018 года, тогда как результаты конкурса должны быть обнародованы в течение 3 рабочих дней после принятия решения о победителе конкурса (Пункт 15 Приложения 2 к «Приказу»)

3-3.3. Аналогичное положение по срокам и порядку обнародования содержит пункт 5.3.11 «Локального акта».

3-3.4. В данном случае вследствие неправильного применения норм материального права, судом допущено несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, что в соответствии с подпунктами 3,4 пункта 1 статьи 330 ГПК РФ может являться основанием для отмены судебного акта.

 3-4. Для ознакомления с пояснениями к дополнениям истца ответчику была дана почти неделя, истцу же для ознакомления с возражениями (отзывом) ответчика – менее одних суток с 30 до 31 июля 2018 года. Утром 31 июля 2018 года ответчиком через канцелярию были «допредставлены» дополнительные документы, ознакомиться с которыми истцу судом вообще не было предоставлено возможности.

3-4.1. Из обстоятельств, изложенных в п. 3-4 можно сделать вывод о  предвзятом отношении суда, доказательством чего также служит незаконное нежеланием суда принимать иск к рассмотрению вообще. Таким образом, в совокупности с другими обстоятельствами, не исключено, что описываемая ситуация указывает на досудебное негативное предубеждение суда по отношению к позиции истца, что предопределяло необходимость самоотвода.

3-4.2. В данном случае суд в нарушение статьи 153 ГПК РФ перешел к стадии судебного разбирательства без завершения стадии подготовки, чем допустил нарушение норм процессуального права, что в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 330 ГПК РФ может являться основанием для отмены судебного акта.

3-5. Лист-рейтинг появился в качестве приложения к отзыву ответчика от 30.07.2018г. В этот день за несколько минут до судебного заседания представитель ответчика вручил мне только текст отзыва, без приложений, поскольку воспользовался моей доверчивостью и сообщил, что все приложенные к отзыву документы у меня имеются.

3-5.1. По моему личному оценочному мнению, со стороны представителя ответчика имела место явная ложь, поскольку позже, после отложения дела, ознакомившись с отзывом, я обнаружил, что шесть позиций приложений к отзыву, представленных ответчиком в суд, у меня отсутствуют. Несмотря на представленное мной ходатайство (Приложение 1), суд рассмотрел дело, не ознакомив меня с приложениями к отзыву ответчика, которые у меня отсутствовали.

3-5.2. То есть, в данном случае судом не были решены задачи стадии подготовки дела к судебному разбирательству, в силу чего у суда отсутствовали основания для назначения дела к судебному разбирательству (ст. 153 ГПК) и рассмотрения дела по существу. Суд допустил нарушение норм процессуального права, что в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 330 ГПК РФ может являться основанием для отмены судебного акта.

3-6. Суд, действуя в нарушение любых правил логики, не отнесся критически к такому доказательству как представленный ответчиком акт об отказе истца ознакомиться с уведомлением о расторжении договора от 30.03.2018 г.

3-6.1. Так, на с.6 Решения указано, что 30.03.2018 истец расписался в ознакомлении с приказом ответчика № 54/2 от 28.03.2018 г. о прекращении трудового договора в связи с его истечением.

3-6.2. Никакие другие документы истцу 30.03.2018 для ознакомления, даже по логике, не представлялись, иначе, какой был для истца смысл расписываться в ознакомлении с приказом об увольнении и не расписаться в уведомлении?

3-6.3. Тем самым, судом по отношению к «акту об отказе» нарушены правила логики оценки доказательства по критерию «достоверность», допущены выводы, не соответствующие обстоятельствам дела и нарушены требования пункта 2 статьи 67 ГПК РФ. Кроме того, в данном случае можно говорить о дополнительном доводе в пользу тезиса, изложенного в разделе 4 настоящей жалобы. Суд допустил нарушение норм процессуального права, что в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 330 ГПК РФ может являться основанием для отмены судебного акта.

3-7. Суд в нарушение пункта 4 статьи 198 ГПК РФ даже не упомянул в тексте Решения основные содержательные доводы истца в обоснование незаконности увольнения и приведенные истцом доказательства, в силу чего не смог определить предмет доказывания. Суд допустил нарушение норм процессуального права, что в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 330 ГПК РФ может являться основанием для отмены судебного акта.

3-8. Суд в нарушение статьи 198 ГПК РФ вынес Решение до составления протокола судебного заседания. Даже несмотря на неполноту протокола, суд при вынесении решения не смог надлежащим образом сформировать предмет доказывания (установить существенные для дела фактические обстоятельства), учесть устные пояснения истца и ответчика, а также адекватно рассмотреть и разрешить дело.

Тем самым, суд допустил несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 330 ГПК РФ может являться основанием для отмены судебного акта. Кроме того, суд допустил нарушение норм процессуального права, что в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 330 ГПК РФ также может являться основанием для отмены судебного акта.

3-9.  В протоколе судебного заседания в нарушение требований подпункта 8 пункта 2 статьи 229 ГПК РФ, не отражены заявления, ходатайства и объяснения истца, что повлекло то, что в протоколе практически не были отражены детальные разъяснения истцом норм материального права в обоснование своей позиции, а также фактических обстоятельств дела, в связи с чем протокол выглядит неполным.

Реакцией суда на замечания истца в отношении полноты отражения в протоколе хода судебного разбирательства (л.д.264-266), было отклонение судом замечаний (л.д.267). В данном случае суд поступил вопиюще правонарушающе, поскольку, по сути, протокол не отражает даже пятой части выступления истца в обоснование своей позиции. Учитывая, что в Решении суда не нашли отражения ни исковые доводы истца, ни его устные пояснения, Решение не имеет никакого отношения к юридической ситуации. Суд допустил нарушение норм процессуального права, что в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 330 ГПК РФ также может являться основанием для отмены судебного акта.

4. При рассмотрении дела допущены нарушения норм процессуального права об отводе суда и прокурора.

 4-1. При принятии искового заявления, подготовке дела к судебному разбирательству и в ходе судебного разбирательства судья Федорова И.И. проявляла признаки заинтересованности в исходе дела в пользу Ответчика. Косвенно, по нашему оценочному мнению, на возможную заинтересованность суда в выигрыше дела Ответчиком указывает ряд фактов.

4-1.1. Суд по совершенно надуманным и очевидно незаконным основаниям отказал в принятии искового заявления.

4-1.2. Суд отказал в удовлетворении ходатайства истца об обязании ответчика предоставить истцу все представленные суду доказательства или отложить дело (сделать перерыв), чтобы дать истцу возможность ознакомиться с материалами, в том числе представленными в канцелярию за несколько часов до начала заседания.

4-1.3. Суд полностью, без какой-либо критичности отношения, принял нелогичную юридическую линию ответчика.

4-1.4. Суд с очевидностью допустил необоснованно позитивное предубеждение к представленным ответчиком локальным актам, несмотря на то, что истец в исковом заявлении скрупулезно обосновал их противоправность.

4-1.5. Суд даже не упомянул в тексте Решения основные содержательные доводы истца в обоснование незаконности увольнения.

4-1.6. Суд допустил слишком очевидное для столь квалифицированного субъекта, а потому «подозрительное» нарушение норм материального права (пункт 1 настоящей жалобы).

4-1.7. Суд крайне формально отнесся к составлению Протокола судебного заседания, изготовив его через три дня после составления полного текста решения.

4-1.8. Вышеназванные нарушения, а также изложенные в разделах 1-3 настоящей жалобы в совокупности указывают на обязанность судьи заявить самоотвод. Поскольку этого сделано не было, то обжалуемое Решение подлежит отмене, а дело - рассмотрению апелляционным судом по правилам суда первой инстанции (пункт 5 статьи 330 ГПК РФ).

4-2. Участвовавший в деле Прокурор Шабанова У.В. дала благоприятное для ответчика заключение по делу.

4-2.1. На протяжении более недели представитель ответчика Зверева П.К. и прокурорский работник вели себя таким образом, как будто находятся в приятельских отношениях, обращались к друг другу на «ты», обменивались документами, чрезмерно любезно вели себя друг с другом.

4-2.2. Перед заседанием 31 июля они достаточно долго стояли на крыльце здания суда и что-то эмоционально обсуждали. В тоже время с истцом прокурорский работник ни разу не обмолвился ни словом.

4-2.3. Сказанное выше дает истцу основание сделать вывод об очень вероятной согласованности действий прокуратуры и Ответчика, направленной на решение дела в пользу ответчика, т.е. о процессуальной заинтересованности Прокурора в исходе дела.

4-2.4. При охарактеризованных обстоятельствах прокурор в соответствии с положениями статей 16,18,19 ГПК РФ подлежал самоотводу, в силу чего дело, по меньшей мере, должно быть пересмотрено без учета позиции Прокурора по существу спора.

На основании изложенного, прошу обжалуемое Решение отменить и принять новое Решение, которым удовлетворить исковые требования.

Приложения:

1. Копия Ходатайства Истца от 31.07.2018.

2. Копия апелляционной жалобы для ответчика.

3. Копия апелляционной жалобы для прокурора.

31 августа 2018 года

 

Первое соприкосновение с судебной системой России

Итак, сегодня я непосредственно приступлю к повествованию о судебном процессе над моей диссертацией, результатом которого явился проигрыш, но... отнюдь не мой личный. Публикую первоначальную исковую жалобу:

 

Загрузка ...

 

Заявление о подложности доказательства

Опять возвращаюсь к судебному процессу по поводу моего незаконного увольнения.

В абзаце 4 страницы 4 Решения Калининского районного суда города Тюмени от 31 июля 2017 года по делу 2-3411/2018 (далее – «Решение суда») указано: «Согласно рейтингу претендента Тарасевича И.А. при прохождении конкурса на должность старшего научного сотрудника экспертного научного центра противодействия идеологии экстремизма и терроризма установлено не соответствие квалификационным требованиям». Таким образом, документ – Рейтинг претендента (л.д. 225-226, далее – «Рейтинг претендента») – принят судом при вынесении «Решения суда» в качестве важного допустимого доказательства в подтверждение позиции Ответчика

В пунктах 3.1 и последующих апелляционной жалобы я указал, что впервые увидел «Рейтинг претендента» 06 августа 2018 года, то есть, уже после вынесения «Решения суда». Тот факт, что я не имел возможности ознакомиться с «Рейтингом претендента» до вынесения «Решения суда», подробно охарактеризован в разделе 3 Апелляционной жалобы и дополнительно подтверждается, в частности, поданным мной утром дня судебного заседания первой инстанции ходатайством (вх. от 31.07.2018 № 38073, л.д. 239), а также тем фактом, что суд отказал мне в удовлетворении данного ходатайства. Именно отсутствие у меня до вынесения «Решения суда» возможности ознакомиться с «Рейтингом претендента» не позволило мне обратить внимание суда на недопустимость данного доказательства, а также до вынесения «Решения суда» заявить о признаках подложности «Рейтинга претендента».  Исходя из этого считаю не только возможным, но и необходимым сделать заявление о подложности «Рейтинга претендента» в суде апелляционной инстанции.  

Так, ознакомившись уже после вынесения «Решения суда»  с содержанием «Рейтинга претендента», я обнаружил ряд признаков ничтожности  данного документа, о чем указал в Апелляционной жалобе.

Дальнейшая же оценка совокупности характеристик «Рейтинга претендента» безусловно указывает на его подложность.

1. В «Рейтинге претендента» в колонке «Балл претендента» графы «Оценка руководителя структурного подразделения» показателя «0» быть не может, поскольку мой непосредственный руководитель Загвязинская О.А. неоднократно настаивала на том, чтобы я участвовал в конкурсе, на заседании комиссии, которое состоялось от 05 марта 2018 года, давала моей работе высокую оценку. Между тем, на заседание комиссии 26 марта 2018 года, где решался вопрос о победителе конкурса, руководитель структурного подразделения приглашен не был, что, однако, не давало права деятелям из комиссии поставить «0» в графе «Оценка руководителя структурного подразделения». 

2. В «Рейтинге претендента» в колонке «Балл претендента» графы «Владение иностранным языком (не ниже уровня В-2) Английский – средний уровень» показателя «0» быть не может, поскольку, во-первых, не менее, чем на среднем уровне английским языком я владею (это доказывается тем, что перед защитой диссертации на соискание ученой степени к. юр. н. в 2006 году, я мною успешно был сдан экзамен по английскому языку; диплом к.юр.н. прилагается [Приложение 1]), во-вторых, в ходе подготовки к конкурсу мой уровень владения английским языком никто не проверял, и, в-третьих, в мое присутствие на заседании конкурсной комиссии никто мне вопросов относительно уровня моего английского не задавал.

Кроме того, я имею публикации на английском языке в зарубежных журналах, указание на что имеется в материалах дела (список научных работ предоставленных на конкурс).

Также считаю возможным указать, что общая же моя научная квалификация подтверждается Заключением диссертационного совета Д 212.274.06 на базе федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Тюменский государственный университет» Министерства образования и науки РФ по диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук (Приложение 2).

3. Ни в одном источнике, в том числе, электронном, ни «Рейтинг претендента», ни любой другой рейтинг, в котором отражались бы итоги конкурса, обнародован не был.  Ни «Рейтинг претендента», ни любой иной относимый к конкурсу рейтинг мне на мои неоднократные запросы представлены не были, что указано в моем ходатайстве (вх. от 31.07.2018 № 38073, л.д. 239) и следует из приложенных к данному ходатайству копий заявлений Ответчику.  Поскольку «Рейтинг претендента» не был обнародован в течение трех дней после завершения конкурса, а также не бы предоставлен мне по моим заявлениям к Ответчику, то неизбежен вывод, что в соответствующие временные моменты «Рейтинга претендента» не существовало. Таким образом, «Рейтинг претендента», если его рассматривать как документ, имеет все признаки «календарной фальсификации».

 

На основании изложенного, в порядке статьи 186 ГПК РФ я заявляю о подложности «Рейтинга претендента», прошу суд обязать Ответчика представить подлинник либо надлежащим образом заверенную копию «Рейтинга претендента», где содержалось бы указание на его дату и подписанта, после чего, в случае отказа Ответчика исключить «Рейтинг претендента» из круга представленных в суд доказательств, назначить комплексную экспертизу по определению давности изготовления и автора «Рейтинга претендента»; проведение экспертизы поручить Государственному учреждению «Тюменская Лаборатория Судебной Экспертизы Министерства Юстиции России».

Приложение: копия настоящего заявления для Ответчика

 

Истец

__________

 Тарасевич И.А.

31 октября 2018 года

 

Приложения:

1.Копия диплома к. юр. н.

2.Копия Заключения диссертационного совета Д 212.274.06 на базе федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Тюменский государственный университет» Министерства образования и науки РФ по диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук (1 и 14 страницы).

 

Заграница нам поможет или Запад с ними

Сегодня я поведаю Вам о некоторых особенностях сотрудничества Т«Г»У с представителями «передовой западной наукой». Начну с того, что уже несколько раз обращался к Программе повышения конкурентоспособности ТюмГУ [Электронный ресурс]. URL: https://www.utmn.ru/5top100/programma (дата обращения 28.06.2017). Так и не смог ее дочитать от начала до конца. Читаю только отрывками. Дело в том, что во время ее чтения лично у меня возникает чувство омерзения: что не абзац, то внутренне логическое противоречие. Не говорю уже о том, что дух программы абсолютно чужд российскому обществу. Авторы программы – абсолютные некомпетентны. Если будет нужно, я разберу всю ее до запятой и докажу, что написана она просто необразованными в достаточной степени людьми, которые игнорировали элементарные законы логики! Почему так получилось? Да потому, что профессионал – это человек, у которого есть совесть и глубокое нравственное чувство. Это относится к любой профессии и роду деятельности. Без этих качеств человек никогда не преодолеет даже нижней планки профессионализма в заданной сфере. И об этом четко написано в книгах традиционных для России религий, в частности, в Библии. Профессионал никогда бы даже не взялся за написание такой программы исходя из детерминант, которые мы в ней обнаруживаем, – ему бы не позволила совесть. Поэтому, априори, программу не могли написать профессионалы. Но, может быть, программу писал и профессионал, а значит нравственный человека, который с целью саботажа намеренно сляпал эту программу как попало. Этого я тоже не исключаю. А скорее всего, шаблон был просто спущен сверху, он, в свою очередь, является плодом деятельности одной из зарубежных консалтинговых фирм, которые и пишут для России все законы (сотни и тысячи ежегодно), что позволяет последовательно осуществлять геноцид нашего народа.

Итак, я не знаком со статистикой, касающейся динамики движения рабочей силы из  Т«Г»У и в него. Но я, руководствуясь принципами устройства общества, познанием которых я обязан богословскому образованию, практически со стопроцентной вероятностью, могу заключить, что процесс вымывания из  Т«Г»У квалифицированных кадров протекает весьма бурно, а продолжительность его такова, что он уже, пожалуй, приобрел необратимый характер. И это вытекает из законов духовной жизни, которые более реальны и неприложны, чем пресловутый закон всемирного тяготения. Соответственно, полный крах Т«Г»У неизбежен со всеми вытекающими для его руководства последствиями. А эти последствия будут иметь комплексный характер. Но, раскрывать их сущность я не буду…

Выше я употребил в отношении трудящихся в Т«Г»У людей термин «рабочая сила». Да, по моему оценочному и субъективному мнению руководство Т«Г»У относится к представителям профессорско-преподавательского состава именно как к безликой рабочей силе. Это мои личные наблюдения. Я застал времена СССР и могу свидетельствовать, что, по моему мнению, отношение к рабочим в каком-нибудь ЛПУ (лесопосадочное управление) времен СССР зачастую было более человечным, чем отношение девочек из так называемой «кадровой службы» Т«Г»У к преподавателям. Достаточно вспомнить с какой истерикой они меня увольняли, какой концерт закатили. Я тогда пришел в подряснике за трудовой книжкой, а я стараюсь везде ходить в подряснике. Я горжусь своим подрясником и своим статусом клирика Русской православной церкви (именно по этой причине во всех статьях я на первое место ставлю свое духовное звание, а уже потом все остальное). И тут выяснилось, что, конечно же, расчет жалких копеек, которые мне должен был выплатить «передовой университет» (почти уже Кембридж) выполнен неверно.  Конечно же не в мою пользу. Я указал на эти ошибки. И тут же из-за двери выскочила начальница (видимо, она следила из-за двери за каждым моим словом) и устроила истерику. Но, ведь все-равно потом пришлось пересчитать все эти копейки, на что я и указывал перед истерикой. Я был абсолютно прав. Но это потом… а в тот раз мне еще пришлось просить ее вернуть мою авторучку, которую она схватила и побежала с нею по всем кабинетам. После уговоров и предоставленных неоспоримых доказательств моего права собственности на вещь в виде чека на авторучку и сертификата на право владения ею (ну тут я шучу, конечно) она таки соблаговолила мне ее вернуть.

Вообще, когда новый ректор занял свое кресло, то первым звоночком для меня, который указывал на то, что как-то все пошло не так, было то, что он оставил на своих местах весь отдел кадров! Я искренне этому удивлялся, ведь я тогда был достаточно высокого мнения о нравственных и профессиональных качествах нового ректора. Я не мог понят, как можно оставить людей (не весь отдел кадров, там есть разные люди… да и люди…), которые считали своим долгом (я могу сделать только такой вывод) унижать представителей профессорско-преподавательского состава и просто над ними издеваться. Подобное мнение я не раз слышал от своих коллег. Фактически, с порога кадровой службы можно было сделать заключение о том, на каком месте здесь находятся преподаватели – это исполнители образовательных услуг, которые должны стоять у станка и вкалывать, чтобы руководство получало свои колоссальные зарплаты. И ценность преподавателя в Т«Г»У по моему мнению была никак не выше слесаря-фрезеровщика (пожалуй, последний даже сейчас пользуется большим уважением хотя бы потому, что их почти уже не осталось): не нравится что-то?! значит пошел вон, на это место придут еще десять штук других рабов. Хамство руководства отдела кадров всегда было чрезвычайно высоким. Я любил включать диктофон и записывать эти концерты. Один раз пришел к руководительнице. Как всегда, она всем своим видом демонстрировала мне свое высокомерие и пренебрежение и делала знаки, что мол «все разговор закончен, убирайся отсюда, пошел на место…», а я не ухожу и все и, более того, продолжаю как ни в чем не бывало беседовать с ней… вы бы видели в какой ярости пребывала девица… В ее нежной ручке был карандаш. От злости она так яростно его сжимала, что он сломался в нескольких местах. С треском! В буквальном смысле слова. Запись этой беседы у меня имеется до сих пор. Кстати, как и еще множество других очень любопытных записей.

Потом я понял, что кадровая служба в прежнем составе ректору нужна была для того, чтобы она делала то, что единственное и умела делать – унижать и выгонять неугодных людей из Т«Г»У. После восседания нового ректора в кресло чистки неугодных не заставили себя долго ждать. Их жертвами стали профессионалы. В первую очередь те, кто ранее позволял себе, так сказать, критику в адрес будущего ректора. Но это другая история, тоже, кстати, очень занимательная. Так вот, отдел кадров оказался полезным инструментом мести. Но, по моему мнению, вы, гламурные девочки, которые трудитесь в кадровой службе Т«Г»У также являетесь расходным материалом, как только придет понимание того, что, в принципе, ваша деятельность может негативно сказаться на сверхдоходах руководства, вы моментально вылетите вон. Так как большинство из вас даже не являются специалистами в области трудового права. По моему оценочному субъективному мнению, люди для руководства Т«Г»У не стоят ничего от слова вообще.

И самое страшное заключается в том, что профессионалы Т«Г»У не нужны, так как жалкие образовательные услуги, по сути, может оказывать кто угодно, а то, что он всего лишь специалист в области отражения судеб геев в советском кино и при этом возглавляет целое подразделение, никого не интересует. Так как у Т«Г»У по моему мнению задача только одна – платить зарплаты руководству. Задачи дать знания, приобщить к науке, по моему оценочному мнению, перед Т«Г»У не стоит. В такой ситуации оптимальным было бы (даю бесплатный совет) уволить вообще всех по статье (все равно в суде правды никто не найдет) и взять на их места выходцев из бывших среднеазиатских республик СССР. Им можно платить еще меньше, а на показателях Т«Г»У это не отразится. Так как система уже выстроена соответствующим образом.

Что касается суда. Здесь я хочу сказать, что апелляционную инстанцию мы проиграли. И это прогнозировалось, так как по моему внутреннему убеждению, это стало результатом сговора прокуратуры, некоторых депутатов и суда (это мое субъективное оценочное мнение). Может быть я ошибаюсь, но другого вывода я сделать не могу. В верности и юридической безупречности нашей позиции в этом процессе может убедиться каждый, так как я выкладываю здесь все материалы. Если в такой ситуации мы последовательно проигрываем одну инстанцию за другой, то напрашивается именно такой вывод.

В апелляционной инстанции было все так. Процесс был задержан почти на час. Потом за несколько минут суд «исследовал доказательства» и председательствующий объявил о переходе к прению сторон. Все скороговоркой. В следующее мгновение, предс. обратился к предст. ответчика и спросил, есть ли ей что сказать, она прокричала (я воспринял это именно как крик, будто она ждала именно этого вопроса) «НЕТ!!!». В следующее мгновение я встал, чтобы по пунктам разбить все доводы ответчика и указать не все многочисленные нарушения материального и процессуального права в первой инстанции. Я уже начал произносить фразу, что буду выступать, но в этот миг предс. громко объявил, что суд удаляется в совещательную комнату и в ту же секунду пристав заорал: «Встать!!!». Кстати, этот возглас меня потряс до глубины души. Я ведь прочел много книг о лагерях… Судьи вели себя так, как будто меня не было в зале вообще. Это было более чем оскорбительно, я для них просто не человек – другого вывода я сделать не могу. За последние годы я узнал о российском суде все. Одно состояние судебной системы РФ делает чудесным продолжение существования этой страны… При этом должен сказать, что, как мне показалось, докладчик была на моей стороне. Делая доклад, в принципе, она расставила верные акценты, хотя и не указала и половины наших неопровержимых доводов. Но, может быть, мне показалось… Я до сих пор не могу поверить, чтобы в России не осталось честных судей, решительно не могу! Только вот где они?

И вот еще что. Я был в процессе в своем подряснике, так как невозможно понять мотивов моей борьбы без этого подрясника. Я шел не в процесс, а шел на очередной жестокий бой за мою Родину. И я должен был быть в военной форме. А со мною должна была быть толпа, если не священства, то хоть прихожан. Но здесь абсолютная импотенция, окончательная…

Но все же сегодня я хотел написать не о том. На что я хотел бы обратить внимание сегодня? На п. 2.5 вышеупомянутой Программы повышения конкурентоспособности ТюмГУ. Там пишется, что НПР (видимо, научно-педагогические работники) сегодня составляют 812 человек. Далее в том же пункте: «Целевая модель университета предполагает, что к 2020 году не менее 50% НПР будут составлять исследователи, включенные в глобальные академические сети (что за сети за такие – И.А.); доля зарубежных профессоров, преподавателей и исследователей в численности НПР составит 10%. Доля молодых академических сотрудников, прошедших долгосрочные стажировки в ведущих зарубежных научно-образовательных центрах, составит не менее 5%. Не менее 30% административных работников и 50% штатных преподавателей ТюмГУ будут свободно владеть иностранными языками. Особую роль в формировании пула новых кадров будут играть «постдоки» (250 к 2020 г.) и учебные ассистенты (200 к 2020 г.)». Итак, через год доля зарубежных профессоров, преподавателей и исследователей в численности НПР будет составлять 80 человек.

Все сейчас брошено на их привлечение. На одном из последних заседаний кафедры, на котором я был, заведующий чрезвычайно эмоционально внушал всей кафедре, что нужно сделать так, чтобы прибалтийский профессор, который был таки неимоверными трудами (целый пароход снимали… за чей счет не знаю, но могу догадываться) завлечен на кафедру, остался на ней «во что бы то не стало!!!». Последняя фраза была именно такой и произносилась несколько раз. Причем З вкладывал ее во все окружающее пространство с такой отчаянной внутренней силой, что мне казалось, что даже стулья после заседания помчатся из 303 аудитории и будут, натыкаясь друг на друга, метаться в попытках хоть что-то сделать для достижения этой заветной цели!

С ценнейшим прибалтийским профессором я был знаком. Это натовец, ранее занимавший в Прибалтике ответственные посты по линии Северо-Атлантического союза. По моему оценочному, субъективному мнению, он может запросто между делом выполнять на территории Сибири некоторую деятельность в пользу иностранных спецслужб. Одну из целей это посещения, думаю, я определил точно. Она заключалась в «охоте на мозги». У них там с этим все хуже и хуже. И неудивительно. Ведь все болезни определенным образом связаны друг с другом. Если сумасшедших выпустить из психиатрических больниц в социум, то это окажет на него очень негативное влияние. Ведь психические заболевания не менее заразны, чем, скажем, грипп (особенно птичий и свиной, если бы такие были, конечно). А их не просто выпустили в западном обществе, но и поставили у его руля. О чем это я?

Я доверяю советской психиатрии, которая однозначно трактовала половое влечение человека к другому человеку того же пола как психическое расстройство. Так вот люди, страдающие таким серьезнейшим психическим расстройством, можно сказать, уже составляют элиту западного общества. В такой ситуации неминуемым является деградация данного общества, в частности, умаление интеллектуального потенциала всего социума и отдельных индивидуумов. Им ничего не остается делать, кроме как искать по всему миру людей с нормальными мозгами. Так вот профессор сразу стал агитировать меня поступать в университет Гумбольдта в Германии. Делал он это очень прямолинейно, что выказывало его уверенность в собственном интеллектуальном превосходстве над всеми этими русскими, даже над теми, каких можно было бы прокатать через их университеты.

Он не скрывал своего некоторого пренебрежения к принимающей стороне. Так, уже после часового знакомства со мною, он начал рассказывать мне о том, что православие З неприятно поразило его, что оно для него скорее напомнило какое-то сектантство. В подтверждение своей мысли она рассказал, как не далее, чем вчера вечером на каком-то приеме (конечно от членов кафедры такие мероприятия всегда были тайной, как и все закулисные дела, касающиеся распределения нагрузки, должностей… но об этом позже) З со стаканом чего-то алкогольного в руке (про алкоголь профессор говорил точно) начал публично давать уроки православного благочестия какой-то светской львице. При этом профессор отметил, что как сам тон З, так и содержание поучений оставили у него (профессора-натовца) очень неприятное впечатление. Профессор интересовался у меня, действительно ли это самое православие такое кондовое и жесткое? Эти вопросы в мой адрес были уместны, так как я тогда проводил для профессора экскурсию по тюменским храмам.

Кроме того, профессор позволял себе различные укоры в адрес всей этой Тюмени. У него, кстати, получалось это все же грубовато. Но, это опять же, по моему мнению, из-за существенной доли неприязни ко всем этим русским, из-за ложного осознания себя принадлежащим к высшей касте… Так вот профессор сказал мне (мы тогда в Вознесенско-Георгиевском с ним были), что пока был тут в этой Тюмени, то написал очередную статью для какого-то там морского журнала в Прибалтике. Он начал рассказывать содержание статьи, глядя в сторону Туры: «У нас в (название города я забыл) по середине города, почти как у Вас, протекает река… После советской власти она была очень грязной, там было нельзя купаться. Но мы постепенно вычистили ее и запустили форель. И теперь каждый горожанин может беспрепятственно приходить на эту реку, которая, практически, в центре города, с удочкой и удить форель. Так вот, - продолжил профессор, - я закончил свою статью мыслью, что очень хотел бы дожить до того времени, когда в вашей Туре также можно будет разводить форель!» Браво!!!

Этому специалисту уже дали почетного профессора Т«Г»У, регулярно катают его сюда, если он еще ездит, конечно. К чему я это? Да к тому, что вот такие профессора и понаедут в Т«Г»У к 2020 году, аж 80 штук.

А что же славянские ученые, например, сербы? А к ним отношение у руководства Т«Г»У особое, об этом я расскажу завтра….

 

Славянский вопрос или о том, где еще воюют с сербами

Сегодня Рождество Христово. Но вне храма поводов для праздника немного. Окружающая действительность неумолимо демонстрирует людям весь трагизм сложившейся в стране ситуации. Этот год будет очень тяжелым. На ночном богослужении было необычно много причастников. Я такого количества не помню. Лично у меня по этом поводу в голове встал ясный и твердый вопрос: «Неужели война так близко?».

Вчера посмотрел фильм, где говорилось о том, что занятие русскими десантниками аэропорта «Слатина» могло не состояться, если бы не воля непосредственно участвовавших в марш-броске. Ведь в первую очередь они выполняли не приказ командования, а приказ своей совести, и если бы такого приказа не было, они бы все-равно туда пришли… Огромное количество причастников и «Слатина», - все это напомнило мне о моих сербах. Почему «моих»? – спросит читатель. Я об этом писал вот здесь. Да, я считаю их моими. Мой дух прочными незримыми узами навечно привязан к Сербии. И сейчас я не в силах преодолеть сильное желание писать.

Итак, я уже рассказывал о том, как в Т«Г»У борются за иностранных светил науки, и что эти светила из себя представляют. Но этому заведению нужны не всякие иностранные ученые.

Несколько лет назад  мне посчастливилось познакомиться с профессором Белградского университета, доктором Зораном Милошевичем. Этот человек поразил меня своею эрудицией, верным и очень глубоким пониманием происходящего в современном Мире, а также своими нравственными качествами. Я тогда запечатлел его выступление.

В начале прошлого года появилась идея пригласить его в заведение некогда имевшее право называться «Тюменский госуниверситет» (до некоторого изменения организационно-правовой формы в связи с 5-100; сейчас слово «государственный», по моему мнению, можно ставить под большое сомнение). В качестве площадки был выбран Институт психологии и педагогики. Предварительно с руководством института разговор был осуществлен, но не мною. По его итогам я уже пригласил профессора Зорана в Тюмень. Были уже даже изысканы средства. И я поехал туда оговорить детали предстоящего визита.

Приехал, начал разговор с директором. После нескольких дежурных фраз стал рассказывать о профессоре. Я думал, что принципиально уже все решено, вопрос только в организации… Чувствую, что меня директор как-бы не понимает, вроде и не в курсе особенно-то… Мне это показалось очень странным, ведь с директором уже говорили. Тогда я начал с самого начала, дескать, неплохо было бы его пригласить (хотя уже пригласили). И тут директор задает вопрос: «Зачем»?!

Объясняю, что видный ученый. Продолжаю рассказывать о его работе. Директор начинает отнекиваться, что, мол, все занято на планируемое для приезда время, а значит даже аудитории свободной не найдется. Явно чувствую, что директор сопротивляется. Для меня – это, мягко говоря, непонятно, так как знаю я директора с 2001 года и ничего подобного не ожидал, от слова «вообще»!

Продолжаю настаивать, опять слышу туманные отговорки, и тут директор не выдерживает и говорит прямо: «мне не нужно здесь никакого панславизма»! О как!!!

Разговор не заканчиваю. Говорю, что понимаю, в принципе, директора, а то профессор еще и о православии что-нибудь сказать вдруг захочет. Ведь профессор – это глубоко верующий православный человек. Директор все больше и больше нервничает – это хорошо было видно по глазам, мимике, скрещенным на груди рукам, по общему сильному напряжению в кабинете.

Далее директор объясняет мне, что весь коллектив данного института будет категорически против любого упоминания о православии. Профессорско-преподавательский состав встанет против этого как один и напишет множество жалоб. Причем всюду, куда только сможет. Объяснения неприемлемости приглашения профессора сопровождались указанием на позицию конкретных преподавателей (уже не помню эти имена и фамилии).

Я не унимаюсь, пытаюсь выяснить не связано ли это со сверхинновационной и прогрессивной программой 5-100. И это уже было через край. Передо мною на столе был выложен джокер, который, видимо, гарантированно должен был убить все мои карты: последовало заявление директора, что академик Загвязинский будет категорически против визита в институт человека с такими взглядами как у профессора Зорана.

Да, академик – это оплот атеизма, даже, наверное, мирового масштаба. Есть у меня, кстати, аудиозапись беседы с этим академиком, я тогда его несколько раздражил, заявив, что православие – это единственная надежда России; он и его подручные были вне себя… что там было… Академик соскочил со своего места, бегал по кабинету, кричал, тряс тростью. А его свита с в голос обвиняла меня в отсутствии толерастии. Как-нибудь опубликую запись. Академик полностью соответствует духу программы 5-100. Хотя, здесь я не совсем прав. Дело в том, что источник программы 5-100 – это все же религия, а не атеизм. Но об этом будущим педагогам в институте, да и во всем Т«Г»У уже никто не расскажет.

На этом месте разговор с директором был окончен. Я шел по пустым коридорам института к выходу, пребывая в состоянии ужаса. Ведь свои взгляды руководство института, академик, преподаватели вдалбливают в головы будущих педагогов. Это конвейер адептов нового мирового порядка, который, невозможно построить без решения славянского вопроса.

Так «просвещенный Запад» продолжает бомбить моих сербов, даже в Тюмени.

 

Кассационная жалоба на решения судов по поводу незаконного увольнения

В Президиум Тюменского областного суда

Адрес: 652038, г. Тюмень, ул. 8 Марта, д. 1

Истец: Тарасевич Иван Анатольевич,

 

Ответчик: ФГАОУ ВПО «Тюменский государственный университет», расположен 625003, Тюмень, улица Володарского, д.6,

телефон: +7 (3452)-59-74-44, эл. почта: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Госпошлиной не облагается

Кассационная жалоба

на вступившие в законную силу судебные акты:

- Решение Калининского районного суда города Тюмени от 31 июля 2018 года по делу 2-3411/2018;

- Апелляционное Определение судебной коллегии по гражданским дела Тюменского областного суда от 14 ноября 2018 года по делу № 33-6121/2018

  

Я, Тарасевич Иван Анатольевич (далее по тексту – Истец), обратился в суд с иском к Федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «Тюменский государственный университет» (далее – Ответчик, ФГАОУ ВО «ТюмГУ») о восстановлении на работе.

Требования мотивированы тем, что Ответчиком в отношении меня при моем принудительном увольнении допущены грубые нарушения трудового законодательства о труде, в частности, законоположений как общеотраслевого характера, так и устанавливающих особенности регулирования труда научных работников. Решением Калининского районного суда города Тюмени от 31 июля 2018 года по делу 2-3411/2018 (далее – «Решение суда») в удовлетворении исковых требований мне отказано. «Решение суда», обжалованное мной в апелляционном порядке, оставлено без изменения Апелляционным Определением судебной коллегии по гражданским дела Тюменского областного суда от 14 ноября 2018 года по делу № 33-6121/2018 (далее – «Апелляционное определение»).

Настоящая кассационная жалоба подается в целях обжалования «Решения суда» и «Апелляционного определения» (далее – «Судебные акты»).

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), основаниями для отмены «Судебных актов» в кассационном порядке являются, в частности, допущенные при их вынесении существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов.

Раздел 1. В обжалуемых судебных актах имеются множественные существенные нарушения отраслевых норм материального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов Истца.

1.1. До увольнения Истец являлся научным работником и занимал должность старшего научного сотрудника Ответчика. 08 февраля 2018 года, в связи с истечением в марте 2018 года срока действия трудового договора и объявлением конкурса, Истец подал заявку на участие в конкурсе на замещение занимаемой им должности с целью продления трудовых отношений. Был единственным участником конкурса. 26 марта 2018 года конкурсная комиссия Ответчика вынесла в отношении Истца решение «считать не избранным по конкурсу на должность старшего научного сотрудника». Суды, посчитав данную формулировку конкурсной комиссии, а также иные правоприменительные подходы Ответчика законными, допустили существенное нарушение норм материального права.
Правовая характеристика ситуации.
В зависимости от занимаемой научным работником должности, Трудовой кодекс Российской Федерации (далее ТК РФ) устанавливает несколько вариантов возникновения (продления) трудовых отношений между работником и работодателем. К таковым, в частности, относятся избрание по конкурсу на замещение определенных должностей (часть 2 статьи 336.1 ТК РФ) и замещение определенных должностей по конкурсу (часть 3 статьи 336.1 ТК РФ).
Должность, которую перед увольнением занимал Истец (старший научный сотрудник), отнесена к числу должностей научных работников, подлежащих замещению по конкурсу по процедуре, установленной в соответствии с частью 3 статьи 336.1 ТК РФ, в соответствии с которой перечень должностей научных работников, подлежащих замещению по конкурсу, а также порядок проведения соответствующего конкурса определены Приказом Минобрнауки России от 02.09.2015 N 937 "Об утверждении перечня должностей научных работников, подлежащих замещению по конкурсу, и порядка проведения указанного конкурса" (далее – «Приказ МОН»).
Приложением № 1 к Приказу «МОН» к числу подлежащих замещению по конкурсу, отнесена должность старшего научного сотрудника.  В приложении № 2 к «Приказу МОН» изложен «Порядок проведения конкурса на замещение должностей научных работников» (далее – «Порядок»). Из содержания «Порядка», в частности, следует, что замещение по конкурсу должностей старших научных сотрудников ни процедуры избрания, ни какой-либо иной подобной волеизъявительно-усмотрительной процедуры не предусматривает.
Так, согласно «Порядку», «… конкурс заключается в оценке профессионального уровня претендента на замещение должностей научных работников… » (пункт 3); «… перечень претендентов, подавших заявки на участие в конкурсе, формируется на портале вакансий автоматически. Если на конкурс не подано ни одной заявки, он признается несостоявшимся» (пункт 10), «По итогам рассмотрения заявок конкурсная комиссия составляет рейтинг претендентов на основе их оценки исходя из сведений, содержащихся в заявке и иных прикрепленных к заявке материалах, и результатов собеседования (при наличии) … Рейтинг составляется на основании суммы балльной оценки, выставленной членами конкурсной комиссии претенденту … Победителем конкурса считается претендент, занявший первое место в рейтинге (пункт 12).
Между тем, как следует из абзаца 5 с.6 «Апелляционного определения»,  Приказом Ответчика  «…от 09.10.2017 № 552(1)-1 утверждено Положение о порядке замещения должностей научных работников в ФГАОУ ВО «ТюмГУ» (далее – «Локальный акт»), согласно которому заключению трудового договора на замещение должности научного сотрудника в университете, а также переводу на такую должность предшествует избрание по конкурсу на замещение соответствующей должности (т. 1 л.д. 166-167,168-176)».[1] При этом, из соотнесения положений преамбулы и пункта 1 Приказа Ответчика от 09.10.2017 № 552(1)-1 прямо следует, что данный Приказ Ответчика, которым утвержден «Локальный акт», вынесен «В соответствии с …  приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 02.09.2015 № 937…», то есть, в соответствии с «Приказом МОН». Между тем, «Приказом МОН» для должности старшего научного сотрудника установлено именно замещение по конкурсу, а не избрание по конкурсу.
 Кроме того, в абзаце 7 с.4 «Решения суда», оставленного без изменения «Апелляционным определением», со ссылкой на положения «Локального акта» и, в частности, указывается, что, «… занимаемая истцом должность является выборной …», «… работник может быть назначенным на эту должность при условии избрания по конкурсу …». Далее следуют правоприменительные выводы о том, что «… истец по заключению конкурсной комиссии … считается не избранным по конкурсу…», «…  расторжение трудового договора … является правомерным».
Как можно видеть, формулируя выводы о выборности должности старшего научного сотрудника и, соответственно, о законности расторжения трудового договора между Ответчиком и Истцом, суды допустили существенные нарушения норм материального права. Эти нарушения повлияли на исход дела. Без их устранения восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов Истца невозможны.
Вывод о «выборности должности истца» суды обосновывают «Локальным актом». Вместе с тем, суды не учитывают, что «Локальный акт» в части установления выборности должности Истца прямо противоречит нормативному правовому акту, а именно, утвержденному «Приказом МОН» «Порядку», которым для должности Истца предусмотрено «замещение по конкурсу». При этом, выборность должности истца (старший научный сотрудник) «Приказом» не предусмотрена.
Так, согласно части 4 пункта 12 «Порядка» (Приложение 2 к «Приказу»), победителем конкурса - без какой-либо дополнительной процедуры избрания - считается претендент, занявший первое место в рейтинге (далее - победитель).  При таких обстоятельствах Истец - как единственный участник конкурса - автоматически становится его победителем с продлением действия трудового договора и отсутствием оснований для увольнения.
Тем самым, «Локальным актом», установившим для должности истца «избрание по конкурсу» (часть 2 статьи 336.1 ТК РФ) вместо «замещения по конкурсу» (часть 3 статьи 336.1 ТК РФ), незаконно введены дополнительные ограничения трудовых прав Истца, ухудшающие его положение по сравнению с трудовым законодательством.
Согласно части 4 статьи 8 Трудового кодекса, нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, не подлежат применению. В таких случаях применяются трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права. Поэтому «Локальный акт» - в части установления процедуры избрания - применению не подлежит, а применяться в данной части должен в целом «Приказ МОН» и, в частности, установленный им «Порядок».
Из совокупности положений «Приказа МОН» и «Порядка», а также фактических обстоятельств следует, что материально-правовые основания для увольнения истца отсутствовали. Судами, посчитавшими возможным применение «Локального акта», противоречащего нормативному правовому акту («Приказу МОН»), допущено существенное нарушение норм материального права, которое в соответствии со статьей 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых «Решения суда» и «Апелляционного определения».
1.2. При рассмотрении дела судами допущены нарушения норм материального права при определении субъектной легитимности конкурсной комиссии Ответчика (абзац 7 с.6, абзац 1 с.8 Апелляционного определения).
Создание конкурсной комиссии предусмотрено нормативным правовым актом, в частности, пунктом 4 «Порядка», которым, в частности, предусмотрено, что «Положение о конкурсной комиссии, ее состав и порядок работы определяются организацией».
Приказом Ответчика от 09.10.2017 № 551(1)-1 утверждено Положение о конкурсной комиссии ФГАОУ ВО «Тюменский государственный университет», далее – «Положение о комиссии» (т. 1 л.д. 155,156-159). «Положением о комиссии», в частности, определяются статус (права и обязанности) и правосубъектность конкурсной комиссии.
Так, согласно пункту 3.6 «Положения о комиссии», «на заседание комиссии в обязательном порядке приглашается руководитель структурного подразделения, в котором объявлен конкурс на должность научного сотрудника». Согласно пункту 5.2. «Положения о комиссии», «Руководитель структурного подразделения, в котором объявлен конкурс на должность научного сотрудника, не являясь членом комиссии, имеет право на оценивание претендента по балльной системе в соответствии с методикой расчета рейтинга претендентов при прохождении конкурса на должность научного сотрудника».
Таким образом, приглашение на заседании комиссии руководителя структурного подразделения, который по вопросам, связанным с прохождением конкурса на должность научного работника вправе непосредственно влиять на результаты конкурса, делает комиссию правомомочной проводить конкурс на замещение должности научного сотрудника данного подразделения, а само проведение конкурса возможным. В случае, если приглашения руководителя структурного подразделения не было, комиссия неправомочна, поскольку нарушается обязательность, прямо предусмотренная пунктом 3.6 «Положения о комиссии».
Из материалов дела следует, что руководитель подразделения, в котором объявлялся конкурс, 26 марта 2018 года на заседании конкурсной комиссии, где рассматривался вопрос о замещение должности старшего научного сотрудника в данном подразделении, отсутствовал. Доказательства того, что руководитель структурного подразделения приглашался на данное заседание комиссии, в материалах дела отсутствуют.
При этом, бремя доказывания реализации императивного требования пункта 3.6 «Положения о комиссии» (приглашение руководителя подразделения на заседание комиссии) ложится на Ответчика, обязанного доказать обоснованность прекращения трудовых отношений с Истцом. Ответчик факт приглашения руководителя подразделения на заседание конкурсной комиссии не доказал, в силу чего отсутствует совокупность обстоятельств, при наличии которой можно было бы говорить о конкурсной комиссии как об органе Ответчика, правомочном проводить и подводить итого конкурса по должностям соответствующего структурного подразделения.
Поскольку материалами дела подтвержден факт отсутствия на заседании комиссии руководителя подразделения, в котором объявлен конкурс на замещение должности старшего научного сотрудника, и не подтвержден факт его приглашения на заседание комиссии, то 26 марта 2018 года комиссия в силу незаконности состава не являлась легитимным субъектом, уполномоченным проводить конкурсные мероприятия в отношении должностей, замещаемых по структурному подразделению «Экспертный научный центр противодействия идеологии экстремизма и терроризма», на должность старшего научного сотрудника в котором претендует Истец. В силу сказанного, любое решение комиссии в отношении Истца является незаконным, в силу чего незаконно и базирующее на решении комиссии прекращение с Истцом трудовых отношений.
Следует обратить особое внимание, что в абзаце 1 с.8 «Апелляционного определения» допускается отождествление судом двух понятий, - во-первых, субъектность (специальный состав) комиссии для принятия решений по конкретному вопросу, включая обязательность приглашения определенных лиц, не входящих в постоянный состав комиссии, и, во-вторых, постоянное членствование в комиссии. Подобное отождествление дополнительно подтверждает нарушение судами норм материального права.
При этом, в абзаце последнем с. 6 и первом абзаце с.7 того же «Апелляционного определения», в порядке цитирования пункта 5.2 «Положения о комиссии», в частности, указывается, что «Руководитель структурного подразделения, в котором объявлен конкурс на должность научного сотрудника, не являясь членом комиссии, имеет право на оценивание претендента по балльной системе в соответствии с методикой расчета рейтинга претендентов при прохождении конкурса на должность научного сотрудника (т. 1 л.д. 155,156-159)». То есть, в данном случае, суд лишь воспроизводит, но не извлекает правовых последствий из пункта 5.2. «Положения о комиссии», согласно которому руководитель подразделения, номинально не являясь постоянным членом комиссии, но имея безусловное право на свой вклад в рейтинговый результат каждого кандидата (в том числе, право на выставление баллов кандидату), фактически приобретает права, равные правам члена комиссии при решении конкретных вопросов по замещению должностей в «его» научном подразделении.
Иными словами, при рассмотрении данных вопросов субъектность конкурсной комиссии императивно определяется логической формулой «кворум комиссии + руководитель подразделения». При отсутствии любого из элементов указанной формулы орган Ответчика, проводящий конкурс, субъектностью не обладает, да и полномочным органом не является. Кроме сказанного, в Апелляционном определении имеется прямая рассогласованность логики первых абзацев страниц 7 и 8 Апелляционного определения. На что конкретно указывает данная рассогласованность, - можно только предполагать, однако, как минимум, осмысления минимально необходимого для субъектности комиссии круга условий ее легитимности («кворум собственно комиссии + 1») суды, очевидно, не достигли. Хотя, здесь налицо хоть и внеотраслевая, но совершенно известная судам аналогия, к примеру, с законоположениями подпунктов 1 и 4 пункта 4 статьи 330 ГПК РФ (принятие решения в незаконном составе, принятие решения о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле …).
Отдельного внимания требует фрагмент в абзаце 2 страницы 8 «Апелляционного определения», в котором указывается, что «Довод жалобы о том, что оценка руководителя не соответствует действительности, не подтвержден какими-либо доказательствами, является голословным». По данному поводу следует заметить, что имеющая юридическое значение оценка Истца руководителем могла производиться только на заседании комиссии 26 марта 2018 года, будь руководитель приглашен на заседание. Поскольку самого факта приглашения руководителя на заседание комиссии не было, то и имеющей юридическое значение оценки Истца руководителем «его» подразделения не могло быть. В апелляционной же жалобе Истец указывал, что на предварительных мероприятиях, то есть, до составления рейтинга, включающего графу «оценка руководителя структурного подразделения», в частности, 05 марта 2018 года, руководителем структурного подразделения фактически давалась высокая оценка профессиональных качеств Истца, что исключает показатель «0» в соответствующей графе «рейтинга» (т.1 л.д. 226). Между тем, учитывая, что руководитель структурного подразделения отсутствовал на заседании комиссии, в соответствующей графе должен был значиться «прочерк», но в любом случае, не «0», поскольку «0» - это оценка, а в данном случае речь следует вести об отсутствии оценки. Здесь суды, в следствие того, что не разобрались в фактических обстоятельствах дела, не смогли правильно применить нормы материального права.
Тем самым, судами нарушены положения ст. 8 ТК РФ, согласно которой права и обязанности работников и работодателей регулируются локальными нормативными актами, а судом не учтены положения пункта 3.6 «Положения о комиссии». В частности, я убежден, будь руководитель подразделения Истца приглашен на заседание комиссии, Рейтинговые показатели Истца были бы больше, чем ноль.
Поскольку незаконный состав конкурсной комиссии исключает возможность увольнения Истца, допущенные судами нарушения норм материального права (ст. 8 ТК РФ во взаимосвязи с локальными актами) следует считать существенными (легитимизация судами нелегитимного органа Ответчика), повлиявшими на исход дела (вывод об увольнении Истца) и требующим устранения в смысле статьи 387 ГПК РФ.  Вывод судов о незаконном составе комиссии во всяком случае исключал бы увольнение Истца по тому кругу оснований, которые содержатся в материалах дела.
Раздел 2. В обжалуемых судебных актах имеются существенные нарушения норм конституционного права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов Истца.
2.1. Суды, посчитав, что Истец не является победителем конкурса на замещение должности старшего научного сотрудника, допустили не только существенные нарушения отраслевых норм материального права, но и норм Конституционного права. Так, в абзаце 3 страницы 8 «Апелляционного   определения», в частности, указывается: «… судебная коллегия отклоняет довод жалобы о том, что Тарасевич И.А. выиграл конкурс на замещение вакантной должности как единственный участник, поскольку Тарасевич И.А. не соответствовал квалификационным требованиям».
По данному поводу необходимо отметить следующее.
Согласно пункту 10 «Порядка», конкурс признается несостоявшимся, если на участие в конкурсе не подано ни одной заявки. Аналогичное положение содержится и в пункте 5.2.7 «Локального акта», согласно которому «Если на конкурс не подано ни одной заявки, он признается несостоявшимся».
Материалами дела установлено, что Истцом для участия в конкурсе заявка подавалась. Заявок для участия в конкурсе иными лицами подано не было.
В исчерпывающий перечень оснований к недопущению Истца как претендента к участию в конкурсе, предусмотренных пунктом 5.2.9 «Локального акта», включены несоответствие представленной заявки требованиям, предъявляемым по соответствующей должности; непредставление заявки; нарушение установленных сроков поступления заявки (т. 1 л.д. 174).  В материалах дела данные о недопуске Истца к участию в конкурсе по указанным в «Локальном акте» основаниям отсутствуют. Данные о недопуске Истца к участию в конкурсе по каким-либо иным основаниям, в том числе, предусмотренным нормативными правовыми актами, в материалах дела также отсутствуют. Следовательно, оснований к тому, чтобы считать Истца - как претендента - не допущенным к участию в конкурсе, на момент проведения конкурса не было.
В связи с изложенным, очевидны два вывода. Во-первых, Истец являлся участником конкурса, и, во-вторых, конкурс следует считать состоявшимся. Эти два вывода подтверждены и судебными актами. Так, в частности, в абзаце 10 страницы 7 «Апелляционного определения» воспроизводится выписка из Протокола № 1 от 26.03.2018 года Заседания конкурсной комиссии, в которой указано: «Тарасевича Ивана Анатольевича считать не избранным по конкурсу на должность старшего научного сотрудника …» (т. 1 л.д.231-232). При этом заметим, что юридическая оценка словосочетания «не избранным по конкурсу» дана в пункте 1.1 настоящей жалобы, а легитимности конкурсной комиссии – в пункте 1.2.
Иными словами, и Ответчик признает, и судами установлено, что конкурс на замещение должности старшего научного сотрудника состоялся, и Истец был его участником.
Очевидно, уже сам по себе тот факт, что Истец был в качестве претендента допущен к участию в состоявшемся конкурсе, не исключал, согласно «Порядку», возможной победы Истца в конкурсе. Так, в соответствии с пунктом 12 «Порядка», Победителем конкурса считается претендент, занявший первое место в рейтинге (далее - победитель).
Истец был участником конкурса. Следовательно, он, будучи допущенным к участию в конкурсе, автоматически являлся возможным претендентом на победу в нем.
Истец был единственным лицом, допущенным к участию в конкурсе. Следовательно, победителем конкурса никто кроме Истца быть не мог. Поэтому победителем конкурса является Истец, поскольку совокупность фактических обстоятельств (фактический состав) является достаточной для того, чтобы победителем конкурса был именно Истец, и никаких дополнительных волеизъявительных актов со стороны кого бы то ни было не требует. Данный вывод прямо следует из приведенных норм материального права.
В абзаце же 3 страницы 8 «Апелляционного определения» указано, что: «… судебная коллегия отклоняет довод жалобы о том, что Тарасевич И.А. выиграл конкурс на замещение вакантной должности как единственный участник, поскольку Тарасевич И.А. не соответствовал квалификационным требованиям».
Между тем, такое основание для отказа признавать допущенного к участию в конкурсе претендента победителем проводимого в соответствии с «Порядком» состоявшегося конкурса как то, что претендент «не соответствовал квалификационным требованиям», не предусматривается ни «Локальным актом», ни трудовым законодательством, ни нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Кроме того, данное основание не указано и в Выписке из Протокола № 1 от 26.03.2018 года Заседания конкурсной комиссии (т. 1 л.д.231-232), содержащей совершенно другое основание для увольнения, а именно, «Тарасевича Ивана Анатольевича считать не избранным по конкурсу на должность …».
Тем самым, суды фактически выдумали свое собственное (новое) не основанное на законе и не соответствующее имеющимся в деле доказательствам основание увольнения, лишающее претендента, допущенного к участию в состоявшемся конкурсе на замещение должности, права стать его победителем.
Сделаем некоторое отступление. Здесь возникает ситуация, интересная сама по себе.  Получается, что суды не считают Истца победителем конкурса вовсе не в связи с тем, что Истец, якобы, должен избираться на должность по конкурсу и не был избран, как это указано в Выписке из Протокола № 1 от 26 марта 2018 года (т. 1 л.д.231-232), а в связи с тем, что Истец, якобы, не соответствовал квалификационным требованиям, и в силу именно данного обстоятельства победителем состоявшегося конкурса, участником которого является, быть не может и не должен. Тем самым, помимо всего прочего, суды, предлагая новое обоснование законности увольнения, фактически дезавуируют обоснованность увольнения по основаниям, которые содержатся в предшествовавших увольнению документах.
Возвращаясь к основной линии контекста, заметим, что формулирование апелляционным судом не основанного на законе правоограничительного для Истца подхода, лишающего Истца как участника состоявшегося конкурса права быть его победителем, прямо противоречит пункту 3 статьи 55 Конституции РФ, согласно которому, в частности, «права … человека … могут быть ограничены федеральным законом …» только в прямо предусмотренных Конституцией случаях.
Кроме того, вывод о том, что Истец не соответствует квалификационным требованиям противоречит тому установленному судом обстоятельству, что Истец более 10 лет, предшествовавших дате проведения конкурса, занимал в структуре Ответчика научно-педагогические должности. Также о научном уровне Истца, в частности, свидетельствует список учебных и научных трудов Истца за период 2005-2018 годы (т. 1 л.д. 190-193,194-224).
То есть, суды, ограничивая в обжалуемых судебных актах по своему усмотрению, без указания на возможность такого ограничения в Федеральном законе, право Истца как претендента быть победителем состоявшегося конкурса, к участию в котором Истец организаторами конкурса допущен, совершают грубейшее нарушение одного законоположения главы 2 Конституции РФ, а именно, положения пункта 3 статьи 55 Конституции РФ. Данное нарушение является существенным, поскольку повлияло на исход дела, т.к. иных оснований, кроме незаконно сформулированного апелляционным судом, для того, чтобы не считать Истца победителем конкурса на замещение должности, действующее законодательство не предусматривает. Без устранения данного нарушения конституционного законоположения восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов Истца невозможны.
Раздел 3. В обжалуемых судебных актах имеются существенные нарушения конституционного права Истца на судебную защиту, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов Истца.
В соответствии с пунктом 1 статьи 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. При этом, механизм реализации права на судебную защиту конкретизирован в ГПК РФ. Множественные нарушения судами норм процессуального права влекут нарушение конституционного права на судебную защиту либо непосредственно, либо опосредованно через нарушения норм материального и процессуального права.  Совокупность фактических обстоятельств, связанных с рассмотрением судами первой и апелляционной инстанций спора Истца с Ответчиком о восстановлении Истца на работу, указывает на то, что в отношении Истца указанное законоположение Конституции РФ было нарушено.
3.1. Согласно содержательно тождественным между собой положениям пункта 12 «Порядка» и пункта 5.3.9 «Локального акта» (т. 1 л.д. 175), по итогам рассмотрения заявок конкурсная комиссия составляет рейтинг претендентов на основе их оценки исходя из сведений, содержащихся в заявке и иных прикрепленных к заявке материалах, и результатов собеседования (при наличии), которые наиболее полно характеризуют квалификацию, опыт и результативность претендента». Данный рейтинг претендентов имеет важные правовые последствия, причем с точки зрения «Порядка» - для безусловного определения победителя конкурса на замещение конкретной должности.
На этапе исследования доказательств суд первой инстанции, в частности, не озвучил содержания «рейтинга претендента» (т.1 л.д. 225-226), который Истец впервые увидел лишь 06.08.2018 г., то есть после вынесения «Решения суда».
Совершенно очевидно, что содержащийся в материалах дела «рейтинг- претендента» (т.1 л.д. 225-226) даже по своей структуре, предусматривающей информацию только об одном претенденте (в данном случае, лишь об Истце), не является документом, который согласно пункту 12 «Порядка» и пункту 5.3.9 «Локального акта» соответствовал бы «Рейтингу претендентов» на замещение должности старшего научного сотрудника, а является лишь «переделанным» бланком «Методики», содержащейся в приложении № 2 «Положения о комиссии» (т. 1 л.д. 155,156-159), с выводом о том, что Истец не соответствует предъявляемым требованиям.
Кроме того, в «рейтинге претендента» в отношении Истца во всех графах, кроме графы «собеседование», стоят «нулевые показатели», чего быть не могло. В частности, в «рейтинге претендента» ноль проставлен в графе «оценка руководителя структурного подразделения» (т.1 л.д. 226), тогда как руководитель Истца на заседании конкурсной комиссии отсутствовала, а факт ее приглашения на данное заседание Ответчиком не доказан (пункт 1.2 настоящей жалобы). При таких обстоятельствах в данной графе должен стоять прочерк. Кроме того, данный «нулевой показатель» противоречит ходу предварительного мероприятия конкурсной комиссии, которое проходило 05 марта 2018 года, где непосредственный руководитель Истца давала работе Истца положительную оценку, отстаивала кандидатуру Истца перед комиссией, указывала, что Истец занимается экспертной и научной деятельностью на достаточном для должности профессиональном уровне.[2] Таким образом, в «рейтинге претендента» в графе «оценка руководителя структурного подразделения» должен стоять либо прочерк (отсутствие оценки, если руководитель не приглашался на заседание комиссии), либо, в любом случае, не нулевой показатель (если бы руководитель приглашался на заседание комиссии).
Исходя из сказанного, информирование Истца о содержании имеющегося в деле «рейтинга претендента» (т.1 л.д. 225-226) в ходе судебного заседания первой инстанции повлекло бы, в частности, незамедлительные заявления Истца о том, что данный документ является недопустимым доказательством, что при отсутствии Рейтинга претендентов конкурс нельзя считать проведенным, а увольнение незаконным, а также о подложности «рейтинга претендента». Заявление о подложности «рейтинга претендента» (т.1 л.д. 225-226) как доказательства было представлено в суд апелляционной инстанции отдельным документом, однако, апелляционной инстанцией было проигнорировано.
Также Истец, получив в судебном заседании информацию о содержании «рейтинга претендента», непременно прояснил бы суду, что его непосредственный руководитель неоднократно настаивала на том, чтобы Истец участвовал в конкурсе, будучи уверенной, что Истец будет в нем победителем, что исключает показатель «0» в графе «оценка руководителя структурного подразделения» и заявил бы ходатайство о привлечении руководителя структурного подразделения в качестве свидетеля.
Кроме того, истец поставил бы перед Ответчиком ряд вопросов, в частности, о том, почему «рейтинг претендента» Истцу ответчиком вручен не был, хотя истец дважды запрашивал у Ответчика все документы, касающиеся увольнения; как, когда и кем в «рейтинг претендента» вносились данные; другие вопросы, указанные в апелляционной жалобе.
Приведенные выше доводы Истца, будь они озвучены в судебном заседании суда первой инстанции, если бы суд проинформировал Истца о содержании «рейтинг претендента», очевидно, не позволили бы суду принять позицию Ответчика со столь очевидной легковесностью, а возможно, заставили бы суд критически отнестись к «рейтингу претендента» как к доказательству.
Таким образом, не ознакомив Истца с содержанием письменного доказательства (статья 181 ГПК РФ), суд принял решение на основании подложного и недопустимого доказательства, посчитал ненадлежащий текст без каких-либо реквизитов  документом, составленным в соответствии с нормативными правовыми требованиями (пункт 12 «Порядка»), чем грубо нарушил нормы материального права, посчитал конкурс завершенным и, в конце концов, лишил Истца права на судебную защиту, в частности права на объяснения по поводу представленного другой стороной по делу ничтожного документа, положенного в основу судебного акта.
Без объяснений же Истца, если умолчание суда в ходе судебного заседания о содержании имеющегося в материалах дела «рейтинга претендента» было неумышленным, суду, по меньшей мере, не хватило профессионализма, чтобы не оценивать не имеющий никакого отношения к нормативным установлениям сомнительный листок бумаги без каких-либо реквизитов и удостоверительных надписей в качестве влекущего серьезнейшие юридические последствия официального документа, составление которого предусмотрено пунктом 12 «Порядка».
Суд апелляционной инстанции тому обстоятельству, что «рейтинг претендента» (т.1 л.д. 225-226) не соответствует нормативно предусмотренному «Рейтингу претендентов», опосредующему завершающий этап конкурса и позволяющему Ответчику совершать правоприменительные действия в отношении Истца, правовой оценки вообще не дал, чем допустил грубое нарушение статьи 5 ТК РФ во взаимосвязи с пунктом 12 «Порядка».
Охарактеризованные нарушения норм материального и процессуального права, по мнению Истца, сами по себе могут быть признаны существенными в смысле статьи 387 ГПК РФ. Так, предусмотренного пунктом 12 «Порядка» Рейтинга претендентов на замещение актуальной должности нет ни в материалах дела, ни, видимо, в природе вообще. Однако, без данного документа считать конкурс завершенным, а Истца корректно уволенным, безусловно, нельзя.
Во всяком случае, если суд кассационной инстанции не согласится с существенностью самого по себе данного нарушения, здесь, в том числе и во взаимосвязи с содержанием разделов 1 и 2 настоящей жалобы, налицо нарушение права Истца на судебную защиту, предусмотренного пунктом 1 статьи 46 Конституции РФ.
Об обстоятельствах представления «рейтинга претендента» в материалы дела будет сказано ниже.
      
3.2. Оценивая действия судов в плане реализации конституционного права на судебную защиту, в дополнение к сказанному выше необходимо заметить следующее.
3.2.1. Общие замечания. В нарушение пункта 4 статьи 198 ГПК РФ ни суд первой инстанции в «Решении суда», ни суд апелляционной инстанции в «Апелляционном определении» даже не упомянули подавляющую часть содержательных доводов Истца в обоснование незаконности увольнения, а также  приведенные Истцом доказательства и доводы, в силу чего не смогли адекватно определить не только предмет доказывания, но и основания иска. Основания иска, с точки зрения отражения их в судебных актах, получились в некотором роде, говоря образно, юридически кастрированными. Так, например, в исковом заявлении, с учетом дополнений к нему, указано, что поскольку проведение обязательных предварительных конкурсных мероприятий могло начаться не позднее 30 июня (см, напр., пункт 5.1.1), а «Локальный акт» датирован 09.10.2017 (то есть, позже, чем 30 июня 2017 года), то обязательные предварительные предконкурсные мероприятия в 2017 году проводиться не могли. Соответственно, предварительные мероприятия могли проводиться только в 2018 году (не позднее 30.06.2018), а процедуры применения «Локального акта» в части проведения конкурсов не могли начаться раньше 1 января 2019 года. Данный довод детально обоснован в текстах искового заявления, частности, в дополнениях к нему. Истец же был уволен по результатам конкурса, проведенного в соответствии с «Локальным актом» 26 марта 2018 года, то есть, задолго до 1 января 2019 года. Получается, что суд первой инстанции либо ознакомился с иском лишь фрагментарно, либо умышленно не дал оценки «неудобным» для позиции Ответчика доводам Истца. Есть предпосылки склоняться ко второму варианту, поскольку в тексте апелляционной жалобы было прямо указано, что в «Решении суда» не нашла отражения значительная часть оснований иска.  Несмотря на это, суд апелляционной инстанции также не дал оценки не упомянутым первой инстанцией доводам Истца и основаниям иска, как будто не было вообще ни этих доводов, ни оснований, хотя текст апелляционной жалобы прямо указывал не очевидную «неполноту» «Решения суда» в части учета всех оснований иска.
Также в нарушение статьи 198 ГПК РФ, «Решение суда» вынесено до составления протокола судебного заседания. Даже несмотря на неполноту протокола, суд при вынесении решения не смог надлежащим образом сформировать предмет доказывания (установить существенные для дела фактические обстоятельства), учесть устные пояснения Истца, а также адекватно рассмотреть и разрешить дело. Особого внимания требует и то обстоятельство, что в протоколе судебного заседания в нарушение требований подпункта 8 пункта 2 статьи 229 ГПК РФ не отражена значительная часть заявлений, ходатайств и объяснений Истца. В результате чего в протоколе, в частности, практически не были отражены детальные разъяснения Истцом норм материального права в обоснование своей позиции, а также фактических обстоятельств дела, в связи с чем протокол является нерепрезентативным по отношению к ходу и содержанию судебного разбирательства. Реакцией суда на замечания Истца в отношении неполноты отражения в протоколе хода судебного разбирательства (л.д.264-266), было отклонение судом замечаний (л.д.267). В данном случае суд поступил запредельно незаконно, поскольку, по сути, протокол, не отражая, к примеру, даже пятой части устных доводов Истца в обоснование своей позиции, представляет собой совокупность разрозненных фрагментов, отражающих лишь отдельные эпизоды судебного разбирательства. Учитывая, что в «Решении суда» не нашли отражения ни исковые доводы истца, ни его устные пояснения, подлежащие отражению в протоколе, «Решение суда» имеет весьма смутное отношение к правосудной юриспруденции. «Апелляционное постановление» также всего поля обстоятельств, выдвинутых Истцом в качестве оснований иска, охватить не смогло. Апелляционный суд, как и суд первой инстанции, даже не упомянул многие из них, несмотря на указанные в апелляционной жалобе соответствующие недостатки «Решения суда».
Можно сделать следующий общий вывод. Поскольку конкретный иск определяется совокупностью его предмета и оснований, то, по сути, судебного рассмотрения иска Истца к Ответчику ни в первой, ни во второй инстанциях не было. Была лишь некая видимость рассмотрения, не имевшая отношения к предъявленному в суд иску.  В этом смысле право на защиту, очевидно, нарушено.
3.2.2. Нескольку частных замечаний. Их множество, для примера рассмотрим лишь некоторые из них.
Так, для ознакомления в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции с пояснениями к дополнениям Истца, Ответчику была дана почти неделя. Истцу же для ознакомления с весьма значительными по объему возражениями (отзывом) Ответчика – менее одних суток с 30 до 31 июля 2018 года.  По данному подводу также следует пояснить, что 30.07.2018г. за несколько минут до назначенного на этот день судебного заседания (примерно 15ч 55м) представитель Ответчика вручила Истцу только текст возражений, без приложений, поскольку, воспользовавшись доверчивостью Истца, солгала, что все приложенные к отзыву документы, якобы у Истца имеются. Дело примерно в 16 ч .05 м.  было отложено на один день – до 14ч 00м 31 июля 2018 г. - для ознакомления Истца с возражениями (отзывом). Ознакомившись после отложения дела с отзывом, Истец примерно в 17.00 обнаружил, что шесть позиций приложений к отзыву, представленных Ответчиком в суд, включая «рейтинг претендента» (т.1 л.д. 225-226), у Истца отсутствуют. Несмотря на представленное в связи с этим Истцом до судебного заседания 31 июля 2018 года примерно в 11.00 в канцелярию суда ходатайство о необходимости отложения дела (перерыва) для целей дополнительного ознакомления с материалами дела, включая документы, которые не были предоставлены Истцу Ответчиком (поскольку ознакомиться с материалами 31 июля 2018 года до судебного заседания, со слов работников суда, в связи с нахождением дела «у судьи» не имелось возможности), суд рассмотрел дело, не дав Истцу возможности даже визуально ознакомиться с приложениями к отзыву Ответчика, которые у Истца отсутствовали. Кроме того, как выснилось позже, в первой половине дня 31 июля 2018 года, примерно в 10.00 Ответчиком через канцелярию суда было представлено дополнение к отзыву с приложениями (т.1 л.д.241), ознакомиться с которыми Истцу судом также не было предоставлено возможности. Апелляционный суд расценил поведение суда первой инстанции как допустимое, поскольку, якобы, «отложение дела, по мнению судебной коллегии, могло привести к необоснованному затягиванию рассмотрения дела и нарушению прав и законных интересов сторон, нарушению разумных сроков рассмотрения гражданского дела» (абз. 5 с.9 «Апелляционного определения»). При этом, в том же абзаце «Апелляционный суд» либо не разобравшись в ситуации, либо проявляя недобросовестность, указывает, что «Отзыв на иск, с приложенными к нему документами, в том числе рейтингом претендента, представлены Ответчиком в материалы дела 30 июля 2018 г.», тогда как полностью отзыв, с учетом дополнений, был представлен лишь 31 июля 2018 года (т.1 л.д. 241).
Очевидно, в данном случае судом первой инстанции не были решены задачи стадии подготовки дела к судебному разбирательству, в силу чего у суда отсутствовали основания для назначения дела к судебному разбирательству (ст. 153 ГПК), по крайней мере, в части исследования доказательств, которые Истцу Отвечиком не были переданы 30 и 31 июля 2018 года.
Также суд первой инстанции, действуя вопреки любым правилам логики, не отнесся критически к такому доказательству как представленный Ответчиком акт от 30.03.2018 г. об отказе Истца ознакомиться с уведомлением о расторжении договора. Так, на с.6 «Решения суда» указано, что 30.03.2018 Истец расписался в ознакомлении с приказом ответчика № 54/2 от 28.03.2018 г. о прекращении трудового договора в связи с его истечением, в приказе указано, что трудовой договор прекращает действие с 31.03.2018. Никакие другие документы Истцу 30.03.2018 для ознакомления, даже по логике, Ответчиком не представлялись, иначе, какой был для истца смысл расписываться в ознакомлении с приказом об увольнении и не расписаться в уведомлении? Следовательно, уведомление для подписания Истцу не представлялось, однако даже и данный не имеющих в связи с ознакомлением с приказом юридического значения эпизод вопреки логике разрешен в пользу Ответчика.
Отдельного упоминания требует то обстоятельство, что первоначально исковое заявление было по совершенно надуманным основаниям возвращено Истцу судом, а принято к производству лишь после удовлетворения частной жалобы Истца.
3.2.3. Отдельного упоминания требует характеристика процедуры рассмотрения дела судом апелляционной инстанции. Судебное заседание было назначено на 10.20 14 ноября 2018 года. Было задержано более чем на один час, продолжалось с момента приглашения в зал судебного заседания лиц, участвующих в деле, до момента удаления суда в совещательную комнату не более 10 минут.
Во-первых. В судебном заседании выяснилось, что Ответчиком, оказывается, представлены возражения на апелляционную жалобу Истца. При этом, Истец ответственно заявляет, что 13 ноября 2018 года, то есть накануне судебного заседания, не было никакой информации о поступлении в материалы дела возражений Ответчика.[3]  Таким образом, до судебного заседания суда апелляционной инстанции Истец не был ознакомлен с возражениями Ответчика на свою апелляционную жалобу. В связи с чем Истец заявил суду ходатайство (попросил суд) не принимать во внимание доводы возражений Ответчика. Ходатайство было отклонено, при этом, текст возражений Истцу Ответчиком так и не был представлен, возможность ознакомиться с текстом возражений Ответчика Истцу предоставлена не была.
Во-вторых, после оглашения представителем Ответчика текста возражений, я как Истец получил представление о доводах Ответчика и намеревался аргументированно опровергнуть эти доводы. Суд озвучил предложение выступить в прениях.  Я встал, чтобы по пунктам «разбить»   все доводы ответчика и указать не все многочисленные нарушения материального и процессуального права в суде первой инстанции. Я уже начал произносить фразу, что буду выступать, но в этот миг председательствующих громко объявил, что суд удаляется в совещательную комнату. В ту же секунду прозвучал выкрик пристава: «Встать!!!».[4] Таким образом, суд не дал Истцу, начавшему выступления в прениях, не просто возможности выступить, а выступить в опровержение тех доводов Ответчика, с которыми раньше Истец ознакомлен не был.
Таким образом, как такового, судебного разбирательства дела в соответствии с законоположениями ГПК РФ в суде апелляционной инстанции не было, что может быть дополнительно подтверждено имеющейся в материалах дела аудиозаписью. Был лишь некий симулякр, притворно имитирующий предусмотренную законом процессуальную форму. В частности, Истцу не дали даже возможности высказаться по поводу   возражений Ответчика, с которыми Истец до момента судебного заседания ознакомлен не был. Очевидно нарушение  права Истца на судебную защиту в суде апелляционной инстанции.
3.2.4. Учитывая всё сказанное пунктах 3.2.1, 3.2.2. и 3.2.3 очевидно в целом нарушение права Истца на судебную защиту, что является существенным нарушением нормы пункта 1 статьи 46 Конституции РФ.
Кроме того, системная оценка действий судов при рассмотрении и разрешении настоящего дела позволяет заключить, что в поведении судов прослеживаются признаки либо очевидной безграмотности в отношении позиции Истца и юридической оценки, либо негативного предубеждения судов по отношению к Истцу, либо позитивного предубеждении в по отношению к Ответчику. См., напр., пункт 3.2.1. В первом случае нарушается право Истца на судебную защиту (пункт 1 статьи 46 Конституции РФ). Во втором и в третьем случаях нарушается пункт 3 статьи 123 Конституции РФ, согласно которому судопроизводство осуществляется на основе и равноправия сторон.
Все указанные (реальные или предполагаемые) нарушения являются существенными нарушениями норм материального права, которые в смысле статьи 387 ГК РФ являются основаниями для отмены обжалуемых судебных актов.
3.3. Отдельного внимания требуют обстоятельства, в совокупности указывающие на признаки наличия оснований для отвода судьи и прокурора при рассмотрении дела в суде первой инстанции.
Согласно пункту 1 статьи 19 ГПК РФ, при наличии прямой или косвенной заинтересованности в исходе дела, иных обстоятельств, вызывающих сомнение в объективности и беспристрастности (подпункт 3 пункта 1 статьи 16, пункт 1 статьи 18 ГПК РФ) судья и прокурор обязаны заявить самоотвод.
3.3.1. При принятии искового заявления, подготовке дела к судебному разбирательству и в ходе судебного разбирательства судья Федорова И.И. неоднократно проявляла признаки заинтересованности в исходе дела в пользу Ответчика. Косвенно на возможную заинтересованность суда в выигрыше дела Ответчиком указывает ряд фактов. Так, суд по совершенно надуманным и очевидно незаконным основаниям отказал в принятии искового заявления (л.д.2).  Суд отказал в удовлетворении ходатайства истца об обязании ответчика предоставить истцу все представленные суду доказательства или отложить дело (сделать перерыв), чтобы дать истцу возможность ознакомиться с материалами, в том числе представленными в канцелярию за несколько часов до начала заседания (с 3 Протокола судебного заседания, т.1 л.д. 252). Суд крайне формально отнесся к составлению   Протокола судебного заседания, изготовив его 6 августа 2018 года, то есть, через три дня после составления полного текста решения (с. 11 Протокола, т.1 л.д. 256).
Суды обеих инстанций полностью, без какой-либо критичности отношения, приняли нелогичную и противоречивую юридическую позицию Ответчика. В частности, о таком основании увольнения Истца как несоответствие квалификационным требованиям, заведомо лишающей Истца права как участника конкурса быть его победителем. Такого основания нет в обосновывающих увольнение Истца документах Ответчика, очевидно, полагавшего в момент увольнения о наличии других оснований.
Суды допустили необоснованно позитивное предубеждение к представленным ответчиком локальным актам, несмотря на то, что Истец в исковом заявлении скрупулезно обосновал их противоправность. Суды даже не упомянули в текстах судебных актов важнейшие содержательные доводы Истца в обоснование незаконности увольнения. Суды в целом допустили чрезмерно очевидные для столь квалифицированных субъектов, а потому влекущие обоснованные предположения о небеспристрастности, нарушения норм материального и процессуального права, которые охарактеризованы выше.
Перечисленные, а также изложенные выше нарушения в совокупности указывают на обязанность судей, рассматривавших дело в судах обеих инстанций заявить самоотвод. Поскольку этого сделано не было, то обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение.
3.3.2. Участвовавший при рассмотрении дела судом первой инстанции прокурор Шабанова У.В. дала благоприятное для Ответчика заключение по делу.  При этом, на всем протяжении рассмотрения дела в суде первой инстанции (более недели) представитель ответчика Зверева П.К. и прокурорский работник вели себя таким образом, как будто находятся в приятельских отношениях, обращались к друг другу на «ты», обменивались документами, чрезмерно любезно вели себя друг с другом, о чем-то несколько раз перешептывались. Перед судебным заседанием 31 июля 2018 года они достаточно долго стояли на крыльце здания суда и что-то эмоционально обсуждали. В тоже время с Истцом прокурорский работник ни разу не обмолвился ни словом.
Сказанное выше дает истцу основание сделать вывод о высокой вероятности согласованных действий прокуратуры и Ответчика, направленных на решение дела в пользу Ответчика, т.е. о процессуальной заинтересованности Прокурора в исходе дела, результатом чего стало положительное для Ответчика заключение прокурора.
При охарактеризованных обстоятельствах прокурор - в соответствии с положениями статей 16,18,19 ГПК РФ - должен был взять самоотвод в силу чего дело, по меньшей мере, подлежит пересмотру без учета позиции прокурора, причем, само по себе, то есть, без учета иных нарушений, допущенных судами.
 

Относительно прокурора, участвовавшего в рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции необходимо заметить, что данным должностным лицом, по меньшей мере, не были приняты во внимание все доводы апелляционной жалобы, а также п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", согласно которому обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

3.3.3. Дополнительно следует заметить, что несколько практикующих юристов, к которым Истец обращался с просьбой выступить его представителями, Истцу отказали. Мотивировали отказ - практически единодушно - тем, что отрицательный для Истца исход рассмотрения на территории Тюменской области дела с участием Ответчика заведомо предопределен тем обстоятельством, что большинство представителей судейского и прокурорского сообществ Тюменской области аффилированы с Ответчиком либо прямо, либо через руководителей судов и прокурорских органов - как районного, так и областного уровней. Исключением, как было сказано, возможно, является лишь Президиум областного суда.
3.4. Изложенное в разделе 3 позволяет утверждать, что обжалуемыми судебными актами в целом нарушено конституционное право Истца на судебную защиту, предусмотренное пунктом 1 статьи 46 Конституции РФ. К тому же, данное право Истца в данном споре навряд ли ли реализуемо на территории Тюменской области.
4. Выводы


4.2. Учитывая наличие существенных нарушений судами обеих инстанций при применении и толковании норм материального права, при устранении которых станет очевидной необоснованность увольнения Истца по содержащимся в материалах дела основаниям, оптимальной представляется реализация судом кассационной инстанции полномочия, предусмотренного подпунктом 5 пункта 1 статьи 390 ГПК РФ, а именно, отмена «Решения суда» и «Апелляционного определения» и принятие, без передачи дела на новое рассмотрение, нового судебного постановления с резолютивной частью об удовлетворении исковых требований Истца.4.1. Содержание разделов 1-3 настоящей жалобы дает основания утверждать, что судами при вынесении оспариваемых судебных актов допущены существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов Истца.

На основании изложенного, прошу Президиум Тюменского областного суда, руководствуясь законоположением  подпункта 5 пункта 1 статьи 390 ГПК РФ, отменить Решение Калининского районного суда города Тюмени от 31 июля 2018 года по делу 2-3411/2018,  Апелляционное Определение судебной коллегии по гражданским дела Тюменского областного суда от 14 ноября 2018 года по делу № 33-6121/2018 и принять новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования Истца в полном объеме.

 

Вообще, конечно, весь этот материал был создан для обнародования процесса борьбы за диссертацию. Но, если честно, нет сил комментировать неправосудные судебные решения, которые сопровождали процесс над диссертацией, а потом и процесс по поводу незаконного увольнения. Теперь я знаю, как это государство защищает права и законные интересы человека, знаю для кого оно существует. Но, я еще все это напишу.

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter