V

статье автор делает вывод, что православие является самым надежным и безальтернативным связующим звеном между Сербией и ЕАЭС. На данный момент конституционная доктрина, как Республики Сербия, так и ведущих стран ЕАЭС требует отразить в Основных законах особую роль, которую играет православие в жизни общества. Автор подчеркивает, что современный глобальный мир далеко недружественен по отношении к фундаментальным устоям ЕАЭС и Сербии, единственным выходом для которых является форсирование процессов сближения и межгосударственной интеграции с учетом того фактического положения, которое занимает в данных обществах православие.

Православље као фактор зближавања Републике Србије и Евроазијског економског савеза: уставно-правни аспекти

Подписание 29 мая 2014 года Договора о Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) в столице Республики Казахстан г. Астана явилось важнейшим геополитическим событием последнего времени на постсоветском пространстве. Этим Договором открыты новые перспективы евразийской интеграции, которая отвечает интересам  миллионов людей, проживающих как на постсоветском пространстве, так и за его пределами. В частности, новые возможности открылись перед Республикой Сербия, для которой ЕАЭС как субъект международного права уже сейчас во многом может стать альтернативой Европейскому союзу (ЕС), пытающемуся всеми силами подчинить Сербию своей воли.

Наша статья посвящена проблемам выбора, который стоит перед Республикой Сербия, между двумя вариантами интеграции: стать ли частью ЕС, или взять курс на сближение в ЕАЭС. О перспективах выбора Республикой Сербия одного из этих путей сказано и написано очень много. В литературе и СМИ детально изучены политические, социальные, военные, экономические и другие проблемы такой интеграции. Но подобные аспекты, на наш взгляд, носят второстепенный характер и являются своего рода надстройкой. Базис же часто ускользает от взгляда современного исследователя, ведь проблемы выбора Сербией между ЕС и ЕАЭС гораздо глубже, чем может показаться. Прежде всего, необходимо понимать, что на данный момент на своем пути развития Республика Сербия находится на важнейшей цивилизационной развилке.

Но прежде хотелось бы обратиться к своим воспоминаниям событий весны 1999 года. Автор этих строк в то время обучался на втором курсе Тобольской духовной семинарии. Именно тогда начались бомбардировки Сербии. Все семинаристы внимательнейшим образом следили за этими событиями, прося в молитвах помощи Божией для братского сербского народа. Еще вспоминается искреннее и очень сильное желание поехать добровольцем и принять участие в боевых действиях на стороне армии Сербии. Можно быть уверенным, что такое настроение было у большинства семинаристов, каждый из которых переживал нападение НАТО на Сербию как свою личную трагедию. И сейчас судьба Сербии для православных граждан России находится в центре внимания и заботы.

То, что именно в православной части российского общества процент поддержки сербского народа является самым высоким вполне объяснимо. Именно Православие сформировало нравстенный облик русских и сербов, без него немыслимо само их существование. Без православия – это уже другие народы, люди с абсолютно иным нравственно-религиозным кодом. Быть сербом – значит быть православным, равно как и русскому для того, чтобы иметь право именоваться русским, непременно нужно быть православным. Соответственно, пока большинство граждан России являются православными христианами, можно не сомневаться, что сербы будут для них братьями и могут рассчитывать на любую помощь и поддержку.

В тоже время, государства ЕС были сформированы под влиянием католичества, протестантизма, других религий и конфессий, имеющих отличный от православия нравственно-духовный код.

Все устройство России и Сербии пронизано духом православной Византии, наследие которой является базой этих государств. Даже 70 лет атеизма советской России не смогли ничего кардинально изменить. Атеисты, составляющие абсолютное меньшинство населения России порою не осознают, что даже их мировоззрение по большей части сформировано именно православием. Если из существа российских атеистов удалить обусловленную православием составляющую, то это будут уже совершенно иные люди.

Лучше всех о духовных связях Сербии и России сказали в своих трудах такие авторы как архимандрит Иустин (Попович), Владимир Меденица, Валентин Распутин и другие.

Православие является самым надежным и безальтернативным связующим звеном между Сербией и Россией, а значит и ЕАЭС, фундамент которого образует именно Россия и русская цивилизация. Все другие социальные регуляторы второстепенны.

Если говорить о социальных регуляторах, имеющих ключевое значение для самоопределения той, или иной человеческой общности в современном глобальном мире, то, во-первых, нужно говорить об экономике. В связи с этим возникает вопрос о том, насколько экономика влияет на положение Республики Сербия относительно ЕС и ЕАЭС. Здесь нужно констатировать факт того, что с экономической точки зрения Сербия зависима от ЕС на порядок сильнее, чем от ЕАЭС. Экономическое значение ЕС для Сербии несравнимо с российским, но в тоже время современная, навязанная Западом в планетарных масштабах (в том числе и  России) экономическая модель носит жесткий хищнический характер и чужда самой идеи социального общества, всецело определяется культом потребления, мобилизующим все низменное в человеке, а значит, не может быть связующим звеном Сербии ни с ЕС, ни с ЕАЭС, так как такая модель находится в остром противоречии с православным мировоззрением. Значит, в основе процесса сближения ЕАЭС и Республики Сербия должна лежать отнюдь не экономика.

Еще одним ключевым социальным регулятором является право. К чему ближе Сербия к ЕС, или ЕАЭС с точки зрения современных правовых реалий, а иными словами, какая правовая система сегодня ближе для Сербии российская, или европейская?

Здесь сразу необходимо подчеркнуть, что с точки зрения православия европейское право вряд ли может иметь какой-либо весомый авторитет для сербского общества. Выдающийся российский конституционалист В.М. Гессен писал, что «могущество права – в его нравственном авторитете. Этим авторитетом – и только им – право господствует над миром социальных противоречий – над дикими страстями, расчетливыми и лукавыми интересами, неустрашимыми убеждениями человека». В связи с вышеприведенным высказыванием можно поставить под сомнение состоятельность европейской правовой системы как таковой. Здесь можно задаться вопросом о том, каким нравственным авторитетом может обладать система права, позволяющая узаконить однополые браки, «легкие наркотики», легализовать эвтаназию и оправдывать нацизм? Ответ на этот вопрос, по нашему мнению, очевиден: для православного человека подобная система права авторитетной быть не может, а значит, право ЕАЭС является для Сербии гораздо более близкой, чем право ЕС.

Но, к сожалению, российское право не в полной мере отвечает запросам и чаяниям православного христианина. На сегодняшний день факт того, что в России, как и в Республике Сербия, православные граждане составляют подавляющее большинство населения не находит должного отражения в законодательстве.

И здесь мы входим в область конституционно-правовых проблем, без разрешения которых невозможно истинное сближение России и Сербии. На сегодняшний день можно констатировать факт некоторого несоответствия Конституций России и Сербии от 30 сентября 2006 г. такому конституционному принципу, как реальность, когда нормы Основного закона не в полной мере отвечают насущным потребностям общества.

Одним из источников Конституции является конституционная доктрина, которая представляет собой систему взглядов на устройство данного общества ученых, политиков, общественных деятелей, представителей государственных органов и всего народа. Это представление людей о том, какой должна быть Конституция, и что они ожидают от нее. Конституционная доктрина – это тот резервуар, из которого законодатель черпает конституционные нормы. Чего же требует сегодняшняя конституционная доктрина Сербии и России?

Конституционная доктрина, как Республики Сербия, так и России требует отразить в Основном законе особую роль, которую играет православие в жизни общества. Подавляющее большинство населения Сербии и России однозначно идентифицируют себя с православием, и такая конституционная норма отражала бы их первоочередные интересы.

Сущность Конституции проявляется, в частности, в том, что ее нормы, даже имеющие дефинитивное значение, сам стиль написания оказывают решающее влияние на мотивацию законодателя и вносят существенные коррективы в поведение правоприменителя. Любая норма Конституции способна задавать вектор политического развития всего государства. Таким образом, само упоминание о православии в Конституции способно кардинальным образом изменить все правовое поле государства, наделяя каждую правовую норму новым смыслом в свете особого отношения государства к Православной церкви.

Нужно отметить, что в современном обществе имеют место Конституции, в которых те, или иные религиозные объединения не просто упоминаются в преамбуле, как внесшие особый вклад в развитие данного общества, но и наделяются нормами этих Конституций особым правовым статусом. Так, в ч. 1 ст. 3 Конституции Греции от 11 июня 1975 г. указывается, что «господствующей в Греции религией является религия Восточно-православной Церкви Христовой. Православная Церковь Греции, признающая своим главой Господа нашего Иисуса Христа, неразрывно связана в своих догматах с Великой Константинопольской Церковью и со всякой другой единоверной Церковью Христовой…».

Подобные нормы закреплены в Конституции Норвежского Королевства от 17 мая 1814 г. Статья 2: «Все жители государства обладают свободой религиозной совести. Евангелическо-лютеранская религия является официальной государственной религией. Исповедующие ее жители обязаны воспитывать в ней своих детей».

Аналогично  Конституция Королевства Дания от 5 июня 1953 г., п. 4 ч. 1 закрепляет положение о том, что «Евангельская лютеранская церковь является государственной церковью Дании и в качестве таковой поддерживается государством».

Конституция Аргентинской нации от 1 мая 1853 г. (с поправками 1860, 1866 и 1898 гг.) содержит ст. 2, в соответствие с которой «Федеральное правительство поддерживает Римскую апостольскую католическую религию».

Конституция Боливии от 17 ноября 1947 г. имеет в себе ст. 3, согласно которой «Государство признает и поддерживает Римско-католическую апостолическую религию, гарантируя при этом публичное отправление всякого другого религиозного культа».

Таким образом, упоминание об особой роли православия в нормах Конституций Республики Сербия и России было бы в полном смысле этого слова актуализированной национальной идеей, вокруг которой возможно было бы построение по-настоящему крепкого союза и при этом не противоречило бы мировой практике государственного строительства. Такая конституционная норма приближала бы государство к состоянию глубокой и гармоничной связи народного самосознания и установленной правовой системы. 

Именно в таких правовых условиях возможно быстро и эффективно организовать процесс объединения Республики Сербия с ЕАЭС. Только на основании конституционных норм, отвечающих потребностям и запросам населения, возможна модернизация и приведение к общему знаменателю законодательства Сербии и ЕАЭС, без чего серьезная интеграция невозможна.

Подчеркнем, что говоря о законодательстве ЕАЭС, мы по большей части говорим о законодательстве России, во многом служащим эталоном для правовых систем всех государств ЕАЭС. Здесь можно вполне справедливо возразить, что вряд ли можно говорить о целесообразности внесения конституционных норм особо отмечающих православие в Конституции Казахстана, Армении, или Кыргызстана. Мы на этом и не настаиваем. Но, если учесть всю совокупность население стран, входящих в ЕАЭС, православие все равно останется конфессией большинства и будет определять конституционную доктрину ядра ЕАЭС, которым является Россия. Кроме того, Россия доминирует в большинстве сфер жизни постсоветского общества, являясь фундаментом ЕАЭС, существование которого невозможно без постепенной переориентации правовых систем, входящих в него государств, на российские образцы с учетом глубинных доктринальных мотивов. Без всеобъемлющей унификации в правовой сфере ЕАЭС будет носить формальный характер. Здесь с глубоким сожалением нужно отметить, что со времени создания ЕАЭС наметилась тенденция на удаление многих сфер законодательства входящих в него государств от общего знаменателя. Таким образом, решая вопросы сближения правовых систем Сербии и ЕАЭС, прежде всего, нужно говорить о сопоставлении сербского и российского законодательств.

Следующим шагом для законодателя Республики Сербия и России должна стать модернизация всего законодательства с учетом внесенных в Основной закон изменений. Такая модернизация должна быть детерминирована конституционной нормой об особой роли православия в жизни общества.

Нужно отметить, что некоторые нормы законодательства Республики Сербия имеют в этом отношении гораздо более прогрессивный характер, чем в России. Правовой статус религиозных объединений в Сербии определяется Законом «О церквях и религиозных объединениях» от 20 апреля 2006 г. Данным Законом была введена определенная дифференциация религиозных объединений, путем наделения некоторых из них, в частности,  Сербской православной церкви, статусом традиционных, что однозначно способствует укреплению религиозной безопасности Республики Сербия. Принятие такого Закона можно считать проявлением героизма сербского законодателя, так как подобные нормы идут в разрез с политикой ЕС, проводимой в отношении Сербии. К сожалению, наделение Русской православной церкви статусом традиционной в России до сих пор не состоялось.

Чтобы быть авторитетным для Республики Сербия и для других славянских государств, законодательство о свободе религиозных объединений России нуждается в модернизации. Примером для российского законодателя касательно принципов взаимоотношений церкви и государства может стать не только законодательство Сербии, но и аналогичное законодательство Республики Беларусь.

На данный момент в Беларуси реализуется кооперационный принцип выстраивания государственно-религиозных отношений. Документом, устанавливающим отношения соработничества церкви и государства, заключенным на общереспубликанском уровне, можно считать Соглашение о сотрудничестве между Республикой Беларусь и Белорусской православной церковью, подписанное 12 июня 2003 г. премьер-министром Республики Беларусь и Патриаршим экзархом всея Беларуси. Согласно положениям этого документа, государство признает роль Православной церкви как одного из важнейших социальных институтов, оказывающих существенное влияние на формирование духовных, культурных, национальных традиций. В свою очередь церковь исходит из того, что институт государства выступает как гарант сохранения и преумножения этих традиций.

Соглашением определяются приоритетные направления церковно-государственного взаимодействия. Это, в частности, общественная, образовательная, культурная и творческая деятельность, охрана культурного и исторического наследия, социальное служение. На настоящий момент процесс становления религиозной политики в Беларуси не завершен и требует выработки современной концепции государственно-религиозных отношений. Но со времени распада Советского Союза в Беларуси прослеживается устойчивая тенденция по сближению государства с традиционными для этого государства религиями, в частности с Белорусской православной церковью.

Достойным внимания в контексте рассматриваемой темы можно считать и законодательство Армении, которое также проводит дифференциацию религиозных объединений. Так, согласно нормам Закона Республики Армения от 17 июня 1991 г. № 3P-0333-1 «О свободе совести и религиозных организациях» национальной церковью армянского народа именуется Армянская апостольская церковь. Конечно, Армянская апостольская церковь и Православие имеют определенные догматические различия, но принципы выстраивания церковно-государственных отношений в Армении необходимо считать прогрессивными и достойным подражания.

Таким образом, можно констатировать факт того, что на данном этапе взаимоотношений ЕАЭС и Сербии центральным является вопрос о принципах государственно-религиозных отношений. От ответа на этот вопрос будет зависеть то направление, в котором будет двигаться Республика Сербия.

В заключение нашего краткого исследования, которое только обозначает проблему, но отнюдь не решает ее, необходимо подчеркнуть, что современный глобальный мир далеко недружественен по отношении к сущностным устоям России и Сербии, единственным выходом для которых является форсирование процессов сближения и межгосударственной интеграции с учетом того фактического положения, которое занимает в данных обществах Православие. В этом контексте законодателям обеих стран необходимо решить обозначенные нами проблемы конституционно-правого характера.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Договор о Евразийском экономическом союзе (Подписан в г. Астане 29.05.2014) (ред. от 08.05.2015) / Официальный сайт Евразийской экономической комиссии. 2016.  URL: http://www.eurasiancommission.org/ (дата обращения: 03.07.16).

2. Конституция Российской Федерации // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2009. – № 4. – Ст. 445.

3. Конституция Греции. Вступила в силу 11 июня 1975 г. / constitutions.ru 2016. URL: http://constitutions.ru/ ?p=249 (дата обращения: 4.07.16).

4. Конституция Норвегии (Королевства Норвегия) от 17 мая 1814 г. / NORGE.RU – Вся Норвегия на русском. URL: http://www.norge.ru/norgesgrundlov1814 (дата обращения: 16.02.13).

5. Конституция Дании. Конституция Датского Королевства от 5 июня 1953 года / Конституции государств (стран) мира. Интернет-библиотека конституций Романа Пашкова. 2016. URL:  http:// http://worldconstitutions.ru/?p=152 (дата обращения: 30.06.16).

6. Конституция Аргентинской нации от 1 мая 1853 г. (с поправками 1860, 1866 и 1898 гг.) / Аргентина. Конституция. Рус. – Уставник. URL: https://sites.google.com/site/ustavniky/home/konstitucia/konstitucii-kvalificirovannyh-gosudarstv/argentina-konstitucia-rus (дата обращения: 4.07.16).

7. Конституция Боливии. Промульгирована 17 ноября 1947 г. / Конституции государств (стран) мира. Интернет-библиотека конституций Романа Пашкова. 2016. URL:  http://worldconstitutions.ru/?p=39 (дата обращения: 4.07.16).

8. Законом Республики Сербия «О церквях и религиозных объединениях» от 20 апреля 2006 г. // Официальный вестник Республики Сербия. – № 36/06.

9. Закон Верховного Совета Республики Армения от 17 июня 1991 г. №М9 С-0333-1 «О свободе совести и религиозных организациях» / WEB-Версия. Законодательство стран СНГ. URL:  http://www.parliament.am/legislation.php?sel=show&ID=2041&lang=rus (дата обращения: 4.07.16).

10. Соглашение о сотрудничестве между Республикой Беларусь и Белорусской Православной Церковью. Минск, 12 июня 2003 г. // Минские Епархиальные Ведомости. – 2003. – № 2. – С. 3334.

11. Гессен, В.М. Исключительное положение / В.М. Гессен. – С-Пб.: Юрид. кн. скл. «Право», 1908. – 410 с.

Материал опубликован: Србија и Евроазијски савез / приредио Зоран Милошевић; [преводиоци Татјана Вучинић-Маљевић, Зоран Милошевић, Стефан Милошевић]. - Шабац: Центар академске речи; Београд: Међународна словенска академија, Српско одељење, 2016 (Бања Лука: Маркос). – С. 44 – 51.

Скачать статью в формате PDF

Загрузка ...

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter